Читаем MISTERIUM CONIUNCTIONIS полностью

425 Тот факт, что царь в течение нескольких сотен лет играл большую роль в средневековой алхимии, свидетельствует, что начиная примерно с тринадцатого века, египетская и эллинская идея выживания обновленного царя начала приобретать большее значение, поскольку приобрела новый смысл. Ибо, как только Запад начал изучать природу, дотоле совершенно неизведанную, так начала давать побеги и доктрина lumen naturae. Церковная доктрина и схоластическая философия оказались неспособными пролить какой-либо свет на природу физического мира. В результате возникло предположение, что если разум увидел свою природу в свете божественного откровения, то сама природа должна обладать "определенным свечением", которое могло бы стать источником просветления. Поэтому вполне понятно, что для тех индивидов, которые особенно интересовались изучением естественных вещей, догматический взгляд на мир должен был утратить свою привлекательность, a lumen naturae ее приобрести, даже при том, что сама догма не подвергалась прямому сомнению. Большинство серьезных алхимиков, если верить их утверждениям, были религиозными людьми, которым не приходило в голову критиковать богооткровенную истину. Насколько я могу судить, в алхимической литературе не содержится ни одной нападки на догму. Единственной вещью такого рода можно считать пренебрежительное отношение к аристотелевой философии, которую Церковь поддерживала в противовес герметическому неоплатонизму224. Старые Мастера не только не критиковали церковную доктрину, наоборот, они были убеждены, что их открытия, реальные или воображаемые, обогатят доктрину соответствия небесных и земных вещей, поскольку они взялись доказать, что "тайна веры" отражена в мире природы225. Они не могли догадаться, что их страсть к исследованию природы в значительной степени умалит богооткровенную истину, и что их научные интересы смогли пробудиться только тогда, когда начало слабеть преклонение перед догмой. И потому, как в сновидении, в их бессознательном родился компенсирующий образ обновления царя.

426 Эти соображения позволяют понять, почему Cantilena была написана именно церковником. В самом деле, есть что-то от нисхождения в ад, когда он заставляет Меркурия, "копьеносца страстного" , эмблему Купидона226, вручить царице ядовитое зелье в "золотой вавилонской чаше". Эта золотая чаша, как мы уже знаем, является сосудом, "полным гнусного и грязного прелюбодейства". Поэтому совершенно ясно, что царицу безжалостно потчуют ее собственными психическими субстанциями. Ей нужно интегрировать животные субстанции, "расцветшую душу" — павлина и льва с их отрицательными и положительными качествами; и их порция подается ей в чаше прелюбодейства, которая еще сильнее подчеркивает эротическую природу льва, его похоть и жадность. Подобная интеграция заканчивается расширением сознания посредством глубокого озарения.

427 Но почему царице прописывают эту несъедобную диету? Явно потому, что старому царю недостает чего-то, без чего он дряхлеет: темного, хтонического аспекта природы. И не только этого, но также и ощущения, что все творение было образом Бога, этой древней любви к природе, которая в Средние Века считалась ложным путем и отклонением. Поскольку земля темна и непостижима, ее звериные символы несут в себе не только уничижительный, но также оптимистический и духовный смысл. Они — парадоксальны, ибо указывают одновременно вверх и вниз. Если содержимое такого рода интегрируется в царицу, это означает, что ее сознание расширяется в обоих направлениях. Эта диета естественным образом приведет к обновлению царя, восстановив недостававший элемент. Вопреки чисто внешнему впечатлению, это — не только тьма животной сферы, а, скорее, духовная природа или природный дух, у которого даже есть много общего с тайной веры, о чем не уставали говорить алхимики.

428 Стало быть, во время беременности царица проходит через что-то вроде психотерапевтического лечения, в результате которого ее сознание обогащается знанием коллективного бессознательного и, как мы можем предположить, ее внутренним участием в конфликте между ее духовной и хтонической природами. Зачастую закон, которому подчиняется прогрессивное расширение сознания, превращает оценку высот и глубин в нравственную задачу, выходящую за рамки условностей. Непонимание человеком того, что он делает, действует как вина, и за него приходится очень дорого платить. Конфликт может даже принести пользу, поскольку без него не могло бы быть примирения и рождения сверхъестественной третьей вещи. Стало быть, и царь не смог бы ни обновиться, ни родиться заново. Конфликт проявляется в долгой болезни царицы.

429 Строфа 18.

Так, отягощенная ребенком, девять месяцев она пролежала, И пролитыми ею же слезами себя омывала. Ради милого, того, когда должна была родить, Наполнилась молоком, которое зеленый лев стал пить227.