Читаем Мистерия полностью

Напряженный, со сжатыми в полоску губами, он стоял и смотрел на планшет – на карту, где у северо-западного участка расплывалось красное пятно.

- Лавина… Так и я думал, лавина. А там у подгорья два человека, я должен идти…

- Нет, опасно…

- Их может накрыть. Даже если не накроет, сход снега такого объема изменит русла рек, образует грязевые потоки, создаст новые ручьи. Людей надо эвакуировать из опасной зоны.

- Но…

Он подошел и положил теплые ладони ей на щеки – быстро и нежно поцеловал в губы.

- Не входи в дом, пока толчки не прекратятся. Вообще не входи в него, пока я не вернусь, потом что-нибудь придумаем. Поняла?

- Да.

Когда мужская фигура скрылась в ближайших кустах, и треск ветвей затих, когда земля под ногами начала постепенно успокаиваться, а стекла перестали дребезжать, Марика все никак не могла отойти от шока – застыла, окостеневшая, и все ждала, что сейчас тряхнет еще раз. Ждала и боялась, впервые за долгое время чувствовала, что вот-вот беспричинно расплачется. А рядом, глядя в сторону скрывшегося в чаще Майкла, стоял все такой же напряженный, вздыбленный и начисто забывший про мясо сервал.

*****

(Eugene Gusachenko (Chris Wonderful) – Come Home)

- Ты не пойдешь туда!

То был первый раз на ее памяти, когда Дрейк не просто повысил голос – взревел.

После секундного замешательства Бернарда удивленно развела руки в стороны и логически обоснованно, как ей казалось, парировала:

- Но я бы могла там «прыгать», перемещаться, уходить от теней!

- Да не смогла бы ты там «прыгать»! В коридоре это по определению невозможно – время там течет нелинейно, пространство движется и перестраивается с такой скоростью, что после первого же прыжка ты окажешься вне пределов Криалы – тебя вынесет из нее, и вынесет неизвестно куда. Ты даже сигнал ЗОЗ не успеешь послать…

- S.O.S.?

- Да. Как ты там его называешь...

Он нервничал и оттого забывал привнесенные в его мир слова, в моменты эмоциональности спотыкался на них.

- Ко всему прочему свет, что идет у тебя изнутри, сильнее обычного человеческого – тебя сожрут мгновенно.

Дрейк прекратил расхаживать взад-вперед по полутемной спальне и одарил даму сердца тяжелым взглядом – та вжала голову в плечи, захлопнула рот и застыла – она уже и забыла, каким сложным бывает характер Начальника в моменты напряжения.

- Но кто же тогда пойдет? - От волнения голос Бернарды снизился до шепота; за окном снова капало – наверное, начинался очередной потоп. Теперь она понимала почему – ей объяснили. – Ведь кто-то должен идти? Вы, представители Комиссии, не можете. Ты сам сказал, что Коридор не примет «не людей», значит, должны идти люди. А, может…

Казалось, ее осенила догадка – почти спасительная мысль.

- … пойдет тот отряд, что следит за верхними уровнями, начиная с пятнадцатого? Ты ведь говорил, что они здорово работают с энергией – смогут защититься?

- Они тоже «не люди», уже не совсем, и моментально привлекут к себе внимание.

Спасительная мысль обиженно мелькнула хвостом и исчезла.

- Значит, идти некому?

- Пойдут наши.

Не произнес – отрезал Дрейк.

Наши? Ребята из отряда – обычные люди, совершенно неподготовленные для этого? Самоубийство. Это же… самоубийство. Дина представила их - Халка, Мака, Аарона - стоящих посреди мглы, вглядывающихся в окружившие их тени, держащихся за бесполезные в этом месте винтовки. И ее не будет там, чтобы выстроить щит, не в этот раз…

Он прочитал витающие в воздухе страшные мысли.

- Я создам им щит. Он будет глушить их свет.

- Долго?

- Не знаю. Столько, сколько сможет. Надеюсь, они успеют.

Поникшие плечи мужчины в серебристой форме пугали ее куда сильнее вновь начинающегося потопа. Пустота во взгляде, поджатые губы, залегшие под глазами тени.

- Там все погибнут, да? Ты ведь знаешь заранее, видишь наиболее вероятное будущее…

Она не просто боялась спрашивать – паниковала при мысли о положительном ответе, но должна – ДОЛЖНА была знать. А молчание длилось слишком долго, и самоуспокоение не срабатывало; все сильнее, яростнее колотил по подоконнику ливень. Сегодня очередей у магазинов не будет; если дождь не остановится и завтра, люди начнут голодать.

- Там точно погибнут все остальные – это я вижу. – Долетел, наконец, от окна тихий ответ. – А у наших есть шанс, для них будущее не определено. Есть… шанс.

 Шанс выжить. Для Рена или Дэйна – того, кто пойдет. Они выживали везде: где-то везло, где-то выручала сноровка и вбитый годами в мышцы и инстинкты навык, но здесь старые методы не сработают. Даже Дрейк не знал наверняка, что именно там сработает.

Дину тошнило.

- Дрейк, может, отправить кого-то еще? Людей? Кого-то другого…

Нельзя вот так рисковать – только не лучшими из лучших.

- У других шансов меньше. Если я не рискну своими людьми, то рискну своим миром. Понимаешь?

Она понимала. Смотрела на напряженную, обтянутую шуршащей тканью, спину и понимала, что кошмар уже нельзя предотвратить, что он уже случился.

- Я… хочу присутствовать на утренней встрече, ладно? Хочу знать…

Кто пойдет.

- Начало в девять утра. Кабинет номер девять.

Он так и не повернулся. Она знала: сегодня Дрейк вновь не будет ночевать дома.

*****