Читаем Мистер Слотер полностью

Дождь шел всю ночь, но перед рассветом прекратился. В большое окно, за которым по Нассау-стрит сновали пешеходы, телеги, фургоны и лошади, видны были пробивающиеся сквозь тучи серебряные лучи солнца. Прямо напротив стоял желтый кирпичный пансион Мэри Беловэр, где сейчас жил Грейтхауз, пока не найдет, как он это формулировал, «более подходящую квартиру для холостяка». Он имел в виду, что мадам Беловэр, хотя и добрая душа, была склонна наблюдать, когда пришел и ушел каждый из ее постояльцев и даже предлагала им регулярно посещать церковные службы, воздерживаться от крепких выражений, не пить и вообще вести себя достойно в отношении противоположного пола. От всего этого Грейтхауз скрежетал большими белыми зубами. Последней каплей стали попытки мадам Беловэр устроить его судьбу с различными дамами, коих она считала вполне респектабельными и достойными — что в глазах Грейтхауза делало их скучнее телячьего студня. Неудивительно, что Грейтхауз старался ночами работать в номере седьмом по Стоун-стрит, но Мэтью знал, что на самом деле он там спит на кушетке в обществе бутылки бренди.

Впрочем, нельзя сказать, что последние недели кто-нибудь из них сильно скучал — вовсе нет. Агентство «Герральд» получило в «Уховертке» отличную рекламу, недостатка в письмах и посетителях с просьбой решить ту или иную проблему не было. Мэтью помог юноше, который влюбился в индианку и желал доказать ее отцу, вождю, что достоин его дочери. Была жуткая и тревожная ночная скачка, когда Мэтью убедился, что не все твари земные созданы Господом. Был случай с игроком, у которого мошеннически выиграла его призовую лошадь банда головорезов. У Грейтхауза было трудное приключение в Доме на Краю Земли, которое едва не стоило ему жизни, и жутковатая история с последней волей и завещанием доктора Коффина.

Как сказала летом за ужином миссис Герральд, когда Мэтью предложили должность «решателя проблем» в агентстве, которое основал ее муж Ричард в Лондоне: «Можете не сомневаться, Мэтью, что не только Англия, но и вся Европа смотрит в эту сторону и уже видит возможности. Что бы это ни было: похищения, подлоги, государственное и частное воровство, убийства по найму. Господство ума и духа, дающее нелегальную прибыль. Я могла бы дать вам список отдельных преступников, которых сюда заманит рано или поздно, но не эти мелкие громилы меня беспокоят. Есть сообщество в этом подполье, которое и дергает за ниточки. Очень мощное и очень смертоносное сообщество серьезных мужчин — и женщин, которые прямо сейчас сидят за ужином, как мы, но у них в руках ножи, жаждущие опуститься на карту Нового Света. И аппетит у них волчий».

Что верно, то верно, подумал Мэтью. Он уже имел стычку с человеком, державшим самый большой нож, и порой в темные моменты представлял себе, что это лезвие прижато ему к горлу.

Грейтхауз поставил чашку на стол.

— Зед — га.

— Га? — переспросил Мэтью, не уверенный, что правильно расслышал.

— Га, — повторил Грейтхауз и глянул в сторону. — А вот и Эвелин.

Эвелин Шелтон, одна из двух официанток, сверкала зелеными глазами, а светлые волосы напоминали расчесанное облако. Она была учительницей танцев, и сейчас очень ловко шла сквозь утреннюю толпу. На руках ее постукивали и позвякивали браслеты из меди и слоновой кости.

— Мэтью! — широко улыбнулась она. — Что тебе принести?

Лишние уши, подумал он, не понимая, что это за «га» такое.

— Даже не знаю. Крекеры сегодня есть?

— Свежие-свежие.

— Возьми жареные колбаски, — предложил Грейтхауз, вгрызаясь в очередную связку. — Расскажи ему, Эвелин, как они из него мужчину сделают.

Смех у нее был — словно взлетели стеклянные колокольчики.

— Ой, они такие острые! Но так быстро уходят, что не получается держать запас — они у нас бывают только несколько дней каждый месяц. Так что заказывать надо заранее!

— Такие острые я лучше оставлю мистеру Грейтхаузу, — решил Мэтью. — А мне крекеры, мисочку кукурузной каши, бекон и сидр, пожалуйста. — Официантка отошла, и он посмотрел на своего визави: — Так что такое га?

— Племя такое. Ух ты, просто жжет! — Грейтхауз промокнул лоб салфеткой. — Но чертовски вкусно. Зед происходит из племени га, с побережья западной Африки. Я так подумал, когда ты описал мне шрамы на его лице. Некоторым детям их наносят еще в младенчестве — тем, кого будут обучать как воинов. — Он отпил еще чаю, но колбаски явно требовали большего, потому что Грейтхауз тут же сделал еще один глоток. — А когда я эти шрамы увидел, следующим шагом было определить, насколько Зед умеет драться. Мне кажется, он весьма умело справился с ситуацией. А тебе?

— А мне кажется, что его смерть была бы на вашей совести, — мрачно заявил Мэтью. — И наша тоже.

— Вот и видно, как мало ты понимаешь. Воины племени га — лучшие рукопашные бойцы в мире. И еще они славятся своим бесстрашием. Зед вообще вчера сдерживался. Он мог переломать шеи всем, кто там был, и даже не вспотеть.

— Но если так, — спросил Мэтью, — отчего же он тогда раб? Такой бесстрашный воин мог бы как-то отбиться от веревки работорговца?