Читаем Мистер Пропер, веселей! полностью

Гаврилов быстро сделал карьеру в «Каменном саде». Уже через год он стал практически равноправным партнёром и вторым генеральным директором компании. Любопытно было наблюдать за тем, как супруги вели переговоры с контрагентами. Анна Геннадьевна, имеющая больший опыт, сразу же понимала, в каком направлении станет развиваться беседа, какие ловушки приготовила другая сторона, и потому немедленно стремилась расставить все точки над «и», а если понадобится, то и взять быка за рога. Н. И. требовалось значительно больше времени для того, чтобы разобраться в ситуации, в связи с чем он сидел и молчал, пытаясь разгадать стратегию жены, а потом начинал включаться в диалог, подстёгиваемый мужским честолюбием. Обнаружив амбициозные притязания мужа, Анна Геннадьевна тактично замолкала и уступала ему поле боя, на которое он бросался с юношеской горячностью. Вскоре, однако, Н. И. (а он был отнюдь не глуп) понимал, что супруга отстранилась от участия в переговорах исключительно для того, чтобы дать ему возможность вволю порезвиться. Осознав это, он возвращал инициативу Анне Геннадьевне. Та, в свою очередь, отказывалась от ведущей роли и говорила, что главным должен быть всё же мужчина. Н. И. не соглашался с ней и возражал, что предпочтение должно быть отдано более опытному партнёру, а опыт в ведении переговоров, разумеется, был у Анны Геннадьевны. Таким образом, обсуждение контракта могло затянуться на долгие часы из-за того, что супруги соревновались друг с другом в тактичности.

В итоге, когда к началу третьего тысячелетия «Каменный сад» превратился в крупную холдинговую структуру, Анна Геннадьевна решила положить конец двоевластию. «У туловища должна быть одна голова, а у компании один директор, – сказала она. – Сиамских близнецов нужно разделить хирургическим путём». К слову сказать, цементно-кирпичный бизнес уже давно не приносил ей удовлетворения, и занималась она им по инерции. Анна Геннадьевна мечтала посвятить себя воспитанию дочери (которая к тому времени родилась), преподаванию в университете и духовному поиску. Поэтому на семейном совете было принято решение, что Н. И. остаётся единственным генеральным директором «Каменного сада».

Так Н. И. сделал свою блестящую карьеру в бизнесе. К тому моменту, когда он единолично возглавил «Каменный сад», многие конкуренты и недобросовестные партнёры, включая злостных неплательщиков, были убиты. Причём произошло это давно, ещё в эпоху криминальных разборок. Анна Геннадьевна умела принимать жёсткие меры воздействия. Оставшиеся в живых превратились в цивилизованных бизнесменов, опасающихся ОБЭПа или налоговой инспекции, где у Анны Геннадьевны имелись серьёзные связи. Общаться с уцелевшими было одно удовольствие! Н. И. никто не обманывал, все платежи осуществлялись вовремя, а банковские кредиты сыпались как из рога изобилия, потому что банкиры лично знали Анну Геннадьевну и многим были ей обязаны.

Ко времени нашего рассказа Н. И. находился в одном шаге от следующего своего достижения, которое наметила для него супруга, а именно от депутатского кресла. Анна Геннадьевна была уверена в том, что всякий мужчина нуждается в реализации на политическом поприще, по примеру древних, как Фемистокл, Аристид, Цицерон или братья Гракхи. В связи с этим она очень скоро ввела своего мужа в круг политических деятелей городского масштаба, и дело теперь оставалось за малым: обойти вероятных соперников, заключить необходимые союзы и заручиться поддержкой федеральных властей. Для всего этого у Анны Геннадьевны были необходимые возможности, а у Николая Ивановича – амбиции.

На следующее утро после ужина с женой в итальянском ресторане с Н. И. произошло событие, которое он про себя назвал «явлением» и которое стало первым в цепи странных случайностей, существенно отравивших ему жизнь. Гаврилов, одетый в мягкую серо-голубую пижаму, стоял перед зеркалом в ванной и тщательно водил расчёской по волосам, одновременно высушивая их феном. Ему непременно нужно было добиться такого эффекта, чтобы каждый волосок лежал к волоску и все вместе они сливались в безупречную причёску.

В зеркале Н. И. видел себя, чуть приоткрытую дверь ванной и небольшой кусочек коридора. Внезапно он отчётливо разглядел, как по коридору не спеша идёт голый и абсолютно лысый мужчина. Всё восприятие продолжалось доли секунды: чужак показался в дверном проёме и тотчас исчез.

Выскочив из ванной, Гаврилов рассчитывал налететь на незнакомца, скрутить его и повалить на пол, но вместо этого схватил пустоту. Крадучись, Н. И. проследовал на кухню, где напугал жену, готовившую омлет.

– Господи, – поворачиваясь от плиты, сказала она, – как ты… как ты меня напугал!

По кухне распространялся аромат жареных яиц и кофе. Гаврилов благоразумно решил не рассказывать супруге про увиденный им призрак. Вернувшись в ванную, он вновь принялся за свои волоски. «Показалось, – вертелось у него в голове, – иначе и быть не может!»