Гад!

От злости на всех мужиков в местной столовке уровня «лухари» уплетала слойки с горячим чаем.

В такие моменты я никогда не думаю о фигуре.

А может… Стоит?

Вместо ложки сахара – одно приседание.

Вместо булочки – все десять!

За порцию диетического мяса – минус одно приседание.

За белковый ужин – все десять!

Девочки, ловите бесплатный лайфхак по похудению.

Я как истинный советчик не буду пользоваться своими советами. Знакомо?.. Мне очень.

Поэтому они «знакомые», чтобы лишний раз не ругаться матом вслух и не портить свою карму.

Так, что-то я отвлеклась.

Книги больше не пишу. Красавчик не поцеловал. Фигура расплылась как дрожжевое тесто на простое.

Сопли на кулак. Несовершенства фигуры утрамбовать в коррекционное бельё. На лице «Царицу» нарисовала и…. Пошла завоевывать сердца недостойных.

Начнём с этого.

Ещё помните про второй типаж главных героев моих романов? Мне бы такой подошёл, лишь бы стереть из памяти красивое лицо Мистера Пошлости вблизи.

Очаровал. Пленил. И нае… Обманул мои надежды!

Пишу сообщение своему однокласснику – холост, на всё согласный, внешность соответствующая.

Мне нужно всего лишь повысить планку своей самооценки.

Если он меня поцелует, то дело в Пошлине!

Если нет, то я заведу себе вторую кошку!

— Августина Леонидовна, — раздаётся из селектора.

— Да, мой господин, — пыхчу над отчётом, что он мне подкинул пять минут назад.

— Отчёт готов?

— Готов, — цежу буквально по буквам я, — ровно на пять минут.

— Как я должен оценить ваш ответ, Августина Леонидовна?

— То, что отчёт готов на пять процентов. Такой результат вы готовы «оценить»? Тогда я спешу к вам!

— Вы возбуждены, Августина Леонидовна, — хрипловатыми нотками продолжает меня дразнить.

— Вашими стараниями я сегодня иду на свидание. Надеюсь, мне так понравится, что завтра я приду не накрашенная и в сегодняшнем костюме. Только… Помятом.

<p>Глава 12</p>

Глава 12

— Свидание – это хорошо. Но при условии, что вы, Августина Леонидовна, выполните всю свою работу в полном объёме, а не только на пять процентов. Когда вы достигнете стопроцентной готовности – я вас жду в своём кабинете, — механическим тоном выдаёт, словно читает инструкцию по сборке деревянного стула из трёх деталей.

— Вы разрушаете мою личную жизнь, — обхватив голову руками, слепо смотрю на бумаги. — Нечестно!

— Нечестно обещать мне свернуть горы ради должности, на которую вы не годитесь. «Личное» наступает сразу после того, как вы полностью выполнили всю свою работу. Помнится мне, что вы отлично владеете временными интервалами, чтобы всюду поспеть.

— Арсений Алексеевич, мне нужно работать, чтобы поспеть на своё свидание. Если вам больше ничего от меня не нужно, то позвольте мне выполнить свою работу вовремя.

— Августина Леонидовна…

— Что, Арсений Алексеевич?

— Ничего. Связь проверил.

— Арсений Алексеевич…

— Что, Августина Леонидовна?

— Проверяю связь перед тем, как выдернуть провод.

Дед у меня был толковым мужиком. Когда бабушка на него сердилась из-за того, что он грязные сапоги бросал посередине хаты – шутил с огоньком. Уши потом в трубочку сворачивались, зато было весело.

Мужская мудрость против женской состоит в том, чтобы обойти все острые углы с минимальными потерями для своих нервных клеток. Если они их и растрачивают, то в ворчании перед телевизором, когда начинается очередной рекламный блок.

Из дедушкиного репертуара я помню лишь:

«Хозяйство вести — не мудями трясти», — первое, что он говорил, когда бабушка начинала только ворчать, не повышая голоса.

Эх, было весело и беззаботно.

А сейчас грустно и безработно.

— Чего грустишь, красавица? — из-за угла выплывает Тихон Романович. — Кофейку?

— Не откажусь, — откидываюсь на спинку кресла, устало прикрыв глаза. — С двумя кусочками сахара.

— Будет исполнено, красавица. Пять минут.

Под урчание кофемашины я не заметила, как Столяров оказался так близко ко мне.

Распахнув глаза, ошарашенным взглядом врезаюсь в задумчивое выражение лица мужчины.

— Кричать не будешь, если поцелую?

Пошлин выходит из своего кабинета очень вовремя. Так «вовремя», что я его расцеловать хочу в обе щеки!

— Августина Леонидовна, вы решили совместить личную жизнь со своей работой? — надвигается на нас, как грозовая туча.

— Н-нет, — вжимаюсь в спинку кресла.

— Столяров, ты сейчас где должен быть? — переключается на Тихона.

— Заехал за тобой, друг, — мужчина выпрямляется во весь рост. — Ты готов?

— Готов! — рявкает на него, а стыдно за ситуацию мне.

— Августина Леонидовна, жаль, что не удалось выпить с вами чашечку кофе. В другой раз, — целует мою руку на глазах Пошлина.

— В другой… Как-нибудь, — шарю глазами по столу, чтобы немедленно протереть руку антибактериальной салфеткой.

Что-то мне подсказывает, что этими губами он полировал на одну ручку, срывая восторженные «охи-вздохи».

— Пока вы не выполните мои поручения, Августина Леонидовна, из офиса ни ногой. Я проверю по камерам. Вы поняли? — продолжает рычать Мистер Пошлость.

— А пописать? Вы сами говорили, что не монстр.

Ничего он мне не ответил.

Пока не пробило 00:00 на именинника обижаться нельзя!