Читаем Мистер Мерседес полностью

«Не гони лошадей, – повторяет он мысленно и вновь пьет кофе маленькими глотками. – Ты не Филип Марлоу». Его кружка наполовину пуста, но никакой изжоги. Даже намека. Действительно чудесный кофе.

Она возвращается с двумя листами бумаги, которые держит за края. На ее лице написано отвращение.

– Я их нашла, когда просматривала бумаги на столе Оливии. Со мной был ее адвокат, мистер Шрон – она назначила его исполнителем завещания, поэтому он не мог не присутствовать, – но он вышел на кухню, чтобы налить себе стакан воды. И этого письма не видел. Я его спрятала. – Она говорит буднично – никакого стыда, никаких вызывающих интонаций. – Сразу поняла, что это такое. Из-за вот этого. Тот парень оставил такой же на руле ее автомобиля. Как я понимаю, это можно назвать его визитной карточкой.

Джейни постукивает пальцем по смайлику в черных очках на первой странице письма. Ходжес уже его заметил. Заметил и шрифт, который ранее идентифицировал по своему письму как «американский машинописный».

– Когда вы его нашли?

Она задумывается, мысленно возвращаясь в прошлое.

– Я приезжала на похороны в конце ноября. После оглашения завещания узнала, что являюсь единственной наследницей Олли. Спросила мистера Шрона, можем ли мы отложить составление списка активов и имущества Олли до января, потому что мне нужно вернуться в Лос-Анджелес по неотложному делу. – Она смотрит на Ходжеса спокойно, но в синих глазах сверкают искорки. – Вернуться мне требовалось, чтобы развестись с мужем, еще раз извините за вульгарность, распутным говнюком-кокаинщиком.

У Ходжеса нет желания отвлекаться на личные дела собеседницы.

– Вы вернулись в Шугар-Хайтс в январе?

– Да.

– И тогда нашли письмо?

– Да.

– Полиция его видела? – Он знает ответ, январь закончился четыре месяца назад, но вопрос необходимо задать.

– Нет.

– Почему?

– Я уже вам сказала! Потому что я им не доверяю. – Искорки выплескиваются из ее глаз, и она начинает плакать.

8

Она просит разрешения покинуть его на какое-то время. Ходжес, конечно же, ее отпускает. Она уходит, чтобы взять себя в руки и поправить макияж. Он берет письмо, читает, по ходу маленькими глотками продолжает пить кофе, который действительно выше всяких похвал. А если бы к нему еще пару булочек…

Дорогая Оливия Трелони!

Я надеюсь, Вы прочитаете это письмо до конца, прежде чем выбросите в мусорное ведро или сожжете. Я знаю, что не заслуживаю Вашего внимания, но все равно умоляю прочесть письмо. Видите ли, я – тот человек, который украл Ваш «мерседес» и, сидя за рулем, задавил всех этих людей. Теперь я горю, как может гореть мое письмо, если Вы поднесете к нему спичку или зажигалку, только от стыда, угрызений совести и печали.

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, дайте мне шанс все объяснить! Мне никогда не получить Вашего прощения, это я тоже знаю и не ожидаю ничего такого, но мне будет достаточно, если Вы хотя бы сможете меня понять! Вы дадите мне этот шанс? Пожалуйста! Для широкой общественности я – монстр, для телевизионных новостей – еще одна кровавая история, помогающая привлечь рекламодателей, для полиции – еще один преступник, которого они хотят поймать и посадить в тюрьму, но я еще и человеческое существо, такое же, как и Вы. Вот моя история.