Читаем Мистер Критик полностью

Это также удерживало ее от ведения дела по ломбардам. Она откладывала так долго, что клиент уволил «Марс Инвестигейшенс», что значит, они лишились платы в двести долларов. Кит, которого своими непрерывными звонками достал владелец магазина, добро и возможно даже искренне поблагодарил Веронику. Но она знала что наделала: она позволила своей одержимости своим делом встать между ней и поддержкой своего партнера.

Вероника также знала, что должна больше времени проводить дома до отъезда Логана. Но он тоже был занят, посещал врачей и дантистов, адвокатов и бухгалтеров.

— Тяжело заниматься финансовым планированием, когда ты в середине океана, — сказал он. — К тому же, мне нужно пломбу поставить, а морские дантисты работают в школе ухода за пациентами из «Лавки ужасов».

Сейчас он был в братском серфинг-отпуске с Диком Касабланкасом, оставив ее среди его наполовину собранных коробок, старающуюся успокоить непонимающую и возбужденную Пони, которая, видимо, улавливала напряжение в квартире.

Ее перегруженное, блуждающее сознание вернулось, когда дебаты стали еще более напряженными. На сцене Лэмб отчаянно пытался восстановить контроль над толпой.

— Послушайте, я прожил в Нептуне большую часть моей жизни. Я знаю жителей и я знаю что ими движет, — он ударил кулаком по трибуне. — Мой брат умер во время службы в этом городе.

В комнате вновь стало тихо. Независимо от того что вы думали о Лэмбе, никто не хотел проявить неуважение к погибшему офицеру. Вероника слышала, что Дэн Лэмб четыре года назад уже агитировал за спиной своего мертвого брата, ссылаясь на его имя, как будто они были Кеннеди.

— В каком-то смысле я несу службу, чтобы почтить его память. И если бы я не думал, что преуспею, я бы не стоял здесь снова и не просил бы вас голосовать. Я сделал этот город более безопасным для жизни. Я бывал в окопах. И я делал это для Донни.

Ведущий повернулся к Лэнгдон.

— Генерал, у вас есть ответ?

Лэнгдон распрямила губы в длинную, тонкую линию. Она посмотрела на свои записи, а потом снова на толпу.

— Любая потеря в нашем полицейском обществе — большая трагедия. Я никогда не знала шерифа Дона Лэмба, но не сомневаюсь, что он был способным, доблестным офицером.

Наверное, было немного грубо написать Лео большими буквами «ЛОЛ» в ответ на эту реплику. Дон Лэмб был злобным придурком, но умер на службе. Кроме того, Лео бы думал также. Он на него работал.

— Но это было бы позором для памяти о всех женщинах и мужчинах, которые отдали жизни за этот город, если мы позволим департаменту выглядеть наемной и коррумпированной организацией. Если меня изберут, этика и подотчетность станут моими приоритетами. Я удостоверюсь, что правосудие доступно всем в Нептуне, неважно, что у них на банковском счету. Большое спасибо.

«МИКРОФОН УПАЛ, — напечатала Вероника в телефоне. — ЛЭНГДОН УШЛА».

Двадцать минут спустя, когда зала очистилась, Вероника встретилась с Китом и Клиффом в холле с бежевым линолеумом. Она усмехнулась.

— Можно подумать, что я устану смотреть, как этого человека публично унижают. Но становится только лучше и лучше.

Клифф не улыбнулся. Он потер подбородок с беспокойным видом.

— Давай не будем слишком сильно злорадствовать.

— Брось, Клифф, ты знаешь что они говорят, если ты устал от злорадства, ты устал от жизни. — Вероника легонько ткнула его в плечо.

Клифф покачал головой.

— Он выглядел напуганным. А напуганный Лэмб — это опасный Лэмб.

В коридоре открылась дверь. Вышла Марша Лэнгдон, ее сопровождали несколько человек, она шла на встречу с публикой на улице у центра отдыха.

Она была ниже, чем думала Вероника, 170, может, 175 сантиметров, и ее движения были бойкими и практичными.

— Кит! Я рада, что ты смог прийти, — это был первый раз, когда Вероника увидела ее улыбку. Она пожала руку Кита, потом посмотрела на молодого человека в своей свите, который что-то записывал. Марша повернулась к Веронике. Ее взгляд был пронзительным, оценивающим и Вероника почувствовала, как слегка выпрямляется под его воздействием.

— А это должно быть легендарная Вероника, — ее ладонь была холодной и сухой в руке Вероники. — Я с большим интересом слежу за вашей карьерой.

— Поверьте. Это взаимно, — сказала Вероника.

— Генерал? — один из ее советников посмотрел на часы. Она кивнула.

— Прошу меня простить, но надеюсь мы скоро встретимся.

— Нам нельзя проголосовать сейчас? — спросила Вероника, когда дверь за Лэнгдон закрылась. — В смысле, кто сказал, что мы должны терпеть Лэмба еще два месяца?

— Городской устав, думаю, — сказал Кит. — Что-то про «продолжительность» и «избирательные законы».

— Брось, уверена это было больше рекомендацией, чем твердым правилом, — настаивала она.

— Посмотри-ка на это юридическое образование в действии! — сказал Клифф. Он открыл рот, чтобы что-то добавить, когда дверь в зал снова открылась. Из нее вышел сильно сердитый Дэн Лэмб. Рядом с ним была Петра Ландроз.

Уродливый румянец покрыл его лицо.

— Марс. Маккормак, — он равнодушно улыбнулся.

— Шериф, — ответил Клифф.

Улыбка Лэмба расширилась. Его глаза она не тронула.