— Знаешь, какое-то время я думала, что вы вернетесь за мной. Я представляла это, когда засыпала в закутке. Я так ясно могла это видеть. Ты бы открыла шкаф, как раньше, сначала я бы не смогла разглядеть твое лицо, потому что я очень долго сидела в темноте. Ты бы просто была темным силуэтом. Но потом я бы увидела твою руку, протянутую ко мне. Если бы я просто смогла дотянуться… просто схватить ее… я бы была свободна. Я бы убежала куда-то, где жили Фейт и Дункан. — она пожала плечами — Я думала, ты была настоящим героем.

Слова ударили, запрещенный прием, который сначала вызывает боль, потом возникает мощный импульс нанести ответный удар. Она никогда не переоценивала героев, не ее работой было всех спасать. И говоря формально, она сделала что могла для Грейс, она сказала Дэну Лэмбу что она видела в том доме, предполагая что он передаст информацию в службу защиты детей. Надеясь, что кто-то что-то сделает. Она помогла Дункану забрать ребенка только потому, что он был его и потому что Мэг умоляла ее на смертном одре убедиться, что ее родители не получат опеку. Но что еще она могла сделать для Грейс?

Правда, Вероника? Ты совсем ничего не смогла придумать для нее? Со всей твоей предполагаемой изобретательностью, твоим желанием видеть правила совсем необязательными?

Какое-то время она не могла говорить.

— Я знаю, что у тебя нет причин мне доверять, Грейс, — сказала она наконец. — Я знаю, что работаю на другую команду. Но я хочу поймать парня, который сделал это с тобой.

— Ерунда. Ты хочешь доказать, что я лгунья и чтобы это сошло с рук «Нептун Гранд».

— Грейс, я хотела бы чтобы это можно было сказать и не звучать как дрянь… но мне заплатят в любом случае, — сказала Вероника, пожимая плечами, — Так что можем мы на какое-то время оставить мои корыстные побуждения? Слушай, я видела твои фото после нападения. Тебе стоит поверить, что я хочу видеть как парень, который это сделал, страдает, — она вытащила визитку из бумажника и отдала ее Грейс. — Звони мне в любое время, днем и ночью, если ты еще что-то захочешь мне рассказать.

Грейс опустила взгляд на визитку, явно со скептицизмом, но кивнула и положила ее в карман. Ее голос был эмоциональным и звенящим, когда она заговорила.

Вероника не была уверена откуда цитата, но она точно знала, что она значит. Ты становишься жестче. Ты становишься уравновешенней.

Становишься жестче. Если бы в «Марс Инвестигейшенс» потрудились составить список их «Основных ценностей», то это было бы в первой пятерке.

ГЛАВА 10

— Мисс Ландроз готова вас принять.

Вероника встала с плюшевого серого дивана и улыбнулась женщине за столом. С ее встречи с Грейс Мэннинг прошло где-то сорок минут. А теперь было кое-что совсем другое.

— Фантастика, — сказала она, стараясь подавить иронию.

Ее шаги не издали ни звука на толстом ковре. В приемной была какая-то приглушенная тишина, которая бывает только в офисах и университетских библиотеках, воздух был разряжен, и разговоров и звуков повседневной жизни слышно не было. Она толкнула одну часть тяжелых двойных дубовых дверей и зашла в кабинет одного из самых могущественных людей в Нептуне.

Вероника не приняла за должное согласие Петры поговорить с ней. Последний раз, когда они вместе работали, Петра убедилась, что у Вероники было все что нужно, чтобы раскрыть дело. Но в этот раз, бизнес Петры обвиняли в нарушениях. И хотя это были страховые агенты Петры, которые наняли Веронику, она не рассчитывала на то же обращение.

Называть комнату, в которую вошла Вероника, кабинетом было почти глупо. У Вероники был кабинет, у нее был стол, стул и растение. Это? Это был рабочий кабинет. Библиотека. Даже тронный зал. Пол был мозаикой из красного дерева. Темно-зеленые портьеры свисали с окон во всю стену, и Вероника не была слишком уверена, но она бы поспорила, что большая картина отдыхающей женщины была написана Матиссом. Французская хрустальная люстра свисала с лепного потолка, образуя на полу радугу.

Петра Ландроз сидела за огромным деревянным столом. Ее темные волосы были просто заколоты и очки для чтения сидели на кончике ее носа. Не смотря на то какой прилежной она выглядела, нельзя было отрицать, что Петра Ландроз была красоткой. В молодости она была супермоделью. Вероника смутно помнила выпуск Sports Illustrated с разворотом купальников, который занимал почетное место в шкафчике Логана в школе. Десять коротких лет после прогулки в сером сетчатом бикини по пляжам Сен-Люсии, и Петра владела «Нептун Гранд» вместе с постоянно растущими ресторанами и ночными клубами. Она была главой ТПП, и отчасти ее влиянием Дэн Лэмб держался на месте, не потому что она уважала его или он ей нравился, а потому что он был полезным. Скептики не брали ее в расчет на свой страх и риск.

Она подняла взгляд, когда Вероника тихо закрыла дверь.

— Мисс Марс. Мы снова встретились.