Читаем Миссис убийца полностью

— Вы сказали сержанту, что вы и миссис Свенсон думали, что к Кери ходит замужняя женщина, которая обманывает своего мужа. Что дало вам повод так думать, мистер Свенсон?

— Ну, ведь на пальце у нее было обручальное кольцо. А однажды, когда она целовала Кери на пороге дома — наша дверь тогда была случайно открыта,— мы слышали, как она говорила, что с радостью осталась бы с ним и дольше, но ей необходимо вовремя приготовить обед Герману, чтобы он ничего не заподозрил.

— Вы лжете! Вы лжете! — закричала Пат голосом, дрожащим от возмущения.— Старый лгун! Вы лжете!

Мистер Свенсон вежливо возразил ей:

— Простите меня, но с какой стати стал бы я врать?

Пурвис решил закончить со стариком.

— Большое спасибо.

Мистер Свенсон бросил боязливый взгляд на темноту за окном.

— Я очень не люблю находиться в такое время на улице.

Джим вышел из кабинета вместе с ним. Он показал себя действительно доброжелательным человеком. По отношению ко мне и к Пат. И делал всё, что только можно было в этой ситуации. -Теперь ему оставалось сделать еще лишь одну вещь—отвести Пат в тюрьму и предъявить ей обвинение в убийстве.

Фитцел горел желанием передать по телефону сообщение, но ему хотелось бы иметь законченную историю.

— Итак? — снова спросил он.

Я стал на колени около стула, на котором сидела Пат, и одним пальцем приподнял ее лицо за подбородок. Она попробовала улыбнуться, но губы ее слишком дрожали. Трясущейся рукой она вытерла глаза, залитые слезами щеки и попыталась поправить волосы. Даже в эти ужасные минуты она хочет быть для меня красивой.

Я закурил сигарету и сунул ей между губами. Это придало ей очень пикантный вид. Мне же она нравилась во всех видах. Всегда. Так, вы женитесь на любимой девушке, а потом начинаются переживания, ваше счастье летит к черту, и беда сваливается вам на голову.

— Это ты, Пат? Ты. убила Кери?

Она энергично покачала головой.

— Нет.

— Ты спала с этим типом?

Ее сигарета дрожалл, когда она отвечала мне:

— Ты отлично знаешь, что нет, Герман.— Слезы снова потекли по ее щекам.— Как бы я смогла пойти к другому мужчине, когда ты для меня всё?

— Последняя вещь, которую ты помнишь,— ты сидела у прилавка Майерса и пила кока-колу?

— Да.

— Ты никогда до сегодняшнего вечера не была у Кери?

Дым попал ей в глаза, и я вынул сигарету из ее губ. Взглядом она умоляла меня, чтобы я поверил ей.

— Я никогда до сегодняшнего вечера не была у Кери.

— Ты не давала ему свою фотографию?

— Нет.

Я проглотил дым, потом выпустил его, не спуская с нее пристального взгляда. Если Пат лжет, то делает это очень искусно: я еще никогда не видел, чтобы кто-нибудь так лгал.

— Добрый день, малютка! — бросил я ей тогда.

— Вот как, полиция? — ответила она мне.— Салют, дружок!

На горе и на радость я соединил свою жизнь с ее. И вот теперь в этой ситуации только одно может помочь нам. То, чего у меня нет,— вера. У меня должна быть слепая вера в нашу любовь, та же слепая вера, что и моя вера в Бога.

— Скажи же. мне!

Она дотронулась кончиком пальца до моей щеки.

— Это не я,— ответила она.— Это не я. Ты можешь мне верить, Герман.

Джим Пурвис вернулся в кабинет..

— Ну, что она сказала? —спросил он.

Я встал с колен и ответил ему:

— Я принимаю сторону Пат.

— Но доказательства, Герман...— начал Джим.

Я оборвал его.

— К черту доказательства! Пат не была любовницей Кери! И она не убивала его. Все это подстроено.

— Кем?

— Не знаю.

— А зачем? Какая причина могла заставить проделать это с Пат?

— Не знаю, ты же сам понимаешь...

— А надписанная ею фотография?

— Не представляю, как она попала туда.

Джим Пурвис помолчал, потом холодно, как представитель власти, проговорил:

— А показания свидетеля, заявившего, что она ходила к Кери два или три раза в неделю в продолжение шести месяцев?

— Я не верю в то, что она это делала. Мне наплевать на тех, кто так говорит.

Пурвис пожевал свою сигарету.

— Мне нужно будет задержать ее, Герман.

— Да, конечно. Я знаю.

Я помог Пат встать. Осторожно и с нежностью. Не как флик, а как муж.— Ее взгляд все время спрашивает меня. И я сказал ей все, без всяких утаек.

— Нужно смотреть фактам в лицо, дорогая. Ты попала в грязную историю. И Джим должен отвести тебя в тюрьму. В этом я ничем не могу-помочь тебе.

Я поднял ее подбородок и поцеловал.

— Это не смешно и будет еще менее смешным дальше. Флики вывернут наизнанку и твою жизнь, и мою. Тебя будут допрашивать долгие часы. Прокурор предъявит тебе обвинение в убийстве. Ты будешь одна среди волков в течение многих дней.

«Жена полицейского убила своего любовника в холостяцкой квартире на Гринвич-Вилледж».

Я бросил взгляд на Абе Фитцела.

— Все газеты города будут заниматься тобой и объявят тебя виновной. Виновной в измене мне. Виновной в убийстве Кери. Но это неверно — ни то, ни другое. Ты так сказала, и я тебе верю.

— Я тебя прошу, Герман...— начал Абе.

— Закрой пасть и поспеши продать свой винегрет,— ответил я ему.

— Нужно, чтобы теперь Джим увел тебя,— сказал я, целуя Пат в волосы.— Это его обязанность. Но я хочу, чтобы ты помнила о двух вещах.

Пальцы Пат впились мне в руку.

— Да?