Читаем Мисс Черити полностью

Интересно, а что скрывается за папиными «вот именно»? Я распрощалась с кузиной. Кажется, она не заметила моего раздражения. Поднявшись к себе, я попыталась выкинуть все неприятные мысли из головы. Если мистер Эшли хочет запродаться мегере — на здоровье! Я чуть было не порвала его записку, которую всегда носила при себе. Но все-таки остановилась и приказала себе думать о чем-нибудь приятном. Например, о «Мастере Питере». Второй тираж расходился медленнее: все знакомые уже купили книгу. Но ее так хвалили взрослые, а дети так радовались ей, что у меня появилась уверенность в собственных силах.

Тут мне пришла в голову дерзкая идея: лично отправиться к Альфреду Кингу и показать ему «Мастера Питера». Книга смотрелась гораздо лучше, чем тетрадка с рисунками. Но самое главное — я была готова поменять финал, если бы это поспособствовало изданию книги у «Кинга и компании». Мне очень хотелось увидеть свою книгу в соседнем книжном магазине. Но я не решилась открыть свой план герру Шмалю. Он считал «Мастера Питера» совершенством и пришел бы в ярость, поменяй я хоть запятую.

Утром в понедельник я вышла из дома под дождем и впервые в жизни наняла кэб.

Деньги, особенно лично заработанные, прибавляют уверенности в себе. Моя застенчивость исчезла без следа.

Издательский дом занимал три этажа черного величественного здания и не шел ни в какое сравнение с конторой Дампфа, располагавшейся в глубине внутреннего дворика. Туда-сюда с озабоченным видом сновали клерки. Один из них чрезвычайно вежливо осведомился о цели моего визита.

Ответив «нет», я покраснела. Клерк попросил меня подождать минутку и испарился. Я огляделась. Комната, где я находилась, являлась чем-то средним между гостиной и кабинетом. Стопки книг возвышались на двух столах. Я достала украдкой «Мастера Питера» и сравнила с другими книгами. Моя выглядела скромнее, но ничем не хуже. За спиной хлопнула дверь. Я вздрогнула, побаиваясь встретиться с Дампфом Номер Два.

Я обернулась. Передо мной стоял молодой человек лет тридцати, очень бледный и худой.

Он смотрел куда угодно, только не мне в глаза.

Он поклонился и указал на стул.

Он залился краской. Я догадалась, что он застенчив, и его смущение тут же передалось мне. Для людей застенчивых нет ничего хуже, чем встретить себе подобного. Будто ваше отражение вас передразнивает.

Мне стоило титанических усилий вручить книгу мистеру Кингу, а ему — не менее титанических усилий взять ее и открыть. Вначале он пролистал ее осторожно, словно в любой момент она могла взорваться прямо у него руках. Когда ничего страшного не случилось, мистер Кинг сдвинул брови и принялся внимательно изучать все сначала, а я исподтишка изучала его самого. У него были тонкие черты, которые можно было бы назвать женскими, если бы не черные как смоль усы. Худые белые руки напоминали мне о чем-то, вернее о ком-то.

Тут мы ступили на зыбкую почву.

Историю тоже придумала я. Но я могу поменять концовку!

Мистер Кинг выглядел озадаченным. Пробормотав «наказать кролика», он снова перелистал книгу. Мне казалось, время тянется бесконечно.

Я боялась, что по своей застенчивости мистер Кинг просто не знает, как от меня избавиться. Поэтому решила прекратить наши взаимные мучения.

Он поспешно поднял глаза, и наши взгляды пересеклись.

Он опустил глаза и перевернул еще несколько страниц, повторяя: «Конечно, конечно».