Читаем Миры капитализма полностью

Красота в мире культуры остаётся вечным стремлением, привлекательность и сексуальность – средствами строить отношения. Мода на тело и прочие товары – это отпечатки во времени. В эпохи индустриального подъёма женщины носят короткие юбки, отдают предпочтение более открытым фасонам одежды. Женщины кажутся весёлыми, подвижными, раскрепощёнными. В эпохи депрессий и экономической нестабильности юбки стремительно удлиняются, одежда становится закрытой. Женщины представляются пассивными, измождёнными, покорными. Не зря Анатоль Франс как-то говорил, что может по длине женской юбки определить состояние экономики в стране…ведь экономика диктует правила для богатых. Богатые диктуют правила для всех остальных.

Мир идолов в трико, мир творчества, искусства, культуры…такой же противоречивый, как и все прочие миры капитализма. Думаю, единственное правило, которое можно вывести относительно культуры – это то, что исповедь о дерьме является дерьмом. И это можно доказать любыми способами.

Каждый современный индивидуум, причисляющий себя к людям искусства и разнообразным творческим тусовкам, постоянно рвёт глаголом чужие эстетические вкусы. Что называется, глаголом жги танцпол разврата. Разнообразные героические аллюзии либо провокационное творчество а-ля «новый мессия» находят отклик в юных незрелых душах. Там и города под подошвами, и управление материками, и бунтарские телепоступки, гербарий бестолкового влогоматериала и видеороликов, которые удобно смотреть сидя на унитазе. Захламленное сознание зрителей подвергается ежедневному насилию со стороны современных людей искусства. И будь у человека реальный шанс вырваться из этого деструктивного ада, то вопрос исчерпал бы сам себя. Но ситуация намного сложнее: современное искусство – вовсе не искусство, а банальный производственный продукт огромного капиталистического завода, который управляет нашей планетой.

Допустим, последний десяток лет можно обозвать постмодернизмом, а оценивать трезво творческую данность можно по нескольким испражнениям тех или иных артистов в той или иной сфере. На протяжении этого времени и до сих пор мы периодически вкушаем экскременты постмодернизма, точнее, дерьмо-культуру, которая выдаёт себя за принцессу, что намеренно обратилась гадюкой. Потребительскую обоснованность оставьте на съедение безработным аналитикам. Люди производят дерьмовый продукт, оправдывая это тем фактом, что их дерьмо отражает реальное дерьмо, происходящее вокруг. То есть: один артист как-то заявил, что его песни с огромным количеством мата и оскорблений в сторону женской половины населения связаны с тем, что публика требует продукт именно в таком виде, ибо популярность у артиста немереная. Получается, этот артист вполне осознаёт, что его искусство – дерьмо, но продолжает его производить, так как существует спрос. Значит, современные бездарные артисты с пробитыми головами, сознательно или нет, манипулируют постулатами капитализма: спрос создаёт предложение. Но любой адекватный экономист знает – что работает это утверждение в обратную сторону.

Неужели капитализм настолько могуч и яростен, что формирует ваши предпочтения? Предложение рождает спрос. И если бестолковый подросток воображает себя хип-хоп мессией, отрыгивая из своего нутра самодовольное словоблудие, то, поймите, наконец, что это не он, это – капитализм. Он затрахал этот мир своим искусством за последние двадцать с лишним лет, прямо как тот битловый мастер сознание своих родителей. Чем противнее окружающий мир, тем тошнотворнее искусство его олицетворяющее. Мы достигли невиданного прогресса, развития технологий, медицинских открытий и производства бесчисленного количества товаров в бесчисленных вариациях. Но человек, который выходит на сцену, ругается матом под конвульсивный фон оркестра, ведёт за собой (как он выражается) толпу и оставляет след современного искусства – разве это не то самое дно, которого мы достигли? Мы должны всплыть наверх? И кто эти мы?

Другое дело, когда люди начинают разговор о деньгах. Почему-то в современном мире ценность любой деятельности можно обосновать, если она приносит хорошую прибыль. Любая херня приобретает в глазах очевидца смысл, если её автор ведёт роскошную жизнь. Он мгновенно становится кумиром только потому, что может позволить себе то, чего не может позволить очевидец. Но это капиталистические шаблоны: понятие социального статуса (человека в обществе) было создано менеджерами и маркетологами огромных корпораций и маленьких предприятий. Они вовсе не договаривались о подобных уловках, просто жажда наживы и ограниченность возможностей для каждого отдельного человека сделали своё дело. Рынок потребителя дал положительный эффект для рынка, но не для потребителя. И теперь каждый человек в этой системе эгоистичен и одинок, он рвётся к бесконечным достижениям не столько ради самого себя, сколько ради своего образа, который создан в глазах окружающих. И это справедливо как для подлого бизнесмена, так и для прилежного семьянина.