Читаем Мировой Ворон полностью

Оказавшись внутри городских стен, Ланри ускорил шаг. В Каменном городе царила тишина, на улицах виднелось всего несколько прохожих, и совсем мало окон не было прикрыто ставнями. Люди Тириса вынесли почти столько же тягот, сколько и жители Канарна, но восстанавливать им пришлось не в пример меньше. Ланри решил, что жители бедных кварталов просто затаились в своих лачугах в ожидании, пока не настанут лучшие времена. Ведь беднякам всегда остается только одно — сохранять терпение даже в самые трудные годы. И если бы не множество беженцев с захваченных территорий, их план мог бы даже сработать.

Ланри дошел до Коричневого храма и задержался на секунду, окинув его взглядом. Храм отличался самой простой архитектурой и лишь немного выделялся на фоне окружающих домов, но был одним из самых высоких зданий в городе. А по значению — одним из самых важных. Нижний уровень, приземистый и широкий, позволял сотням прихожан в минуты нужды обрести здесь пищу и кров. Сейчас в полуподвальном помещении толпились печальные жители Тириса. Власти решили на время кризиса разместить здесь горожан, оставшихся без своих домов. Сколько продлится кризис — в указе не оговаривалось, но Ланри полагал, что он может тянуться еще очень долго.

Молодая женщина — не старше двадцати — с перепачканным лицом и тонкими, хрупкими руками упала перед ним на колени.

— Благословите меня, отец?

Он мягко положил ладонь ей на голову. Девушка выглядела потерянной и изможденной и, вне всяких сомнений, была голодна.

— Не нужно вставать на колени, сестра, — произнес Ланри, — Я благословлю тебя, даже если ты будешь стоять.

Она подняла на него взгляд и нерешительно поднялась на ноги.

— Я хочу есть, отец, — прошептала она.

— Тогда я благословлю тебя едой. — Он тепло улыбнулся. — Идем со мной.

Он повел ее в храм, отмахнувшись от местных жителей, которые говорили, что там уже все забито. Он не мог помочь всем — но накормить одну юную девушку был еще в силах. В такое тяжелое время даже маленькие добрые дела могут стать решающими.

— Миску супа, пожалуйста, — обратился он к пухлому мужчине в белом переднике, разливавшему прихожанам по мискам исходящую паром похлебку. — Пожалуйста, позаботьтесь о том, чтобы она потом смогла помыться и отдохнуть.

— Как скажете, отец, — ответил толстяк, радушным жестом подзывая девушку.

Она жадно принялась за густую овощную похлебку, а Ланри пошел дальше. По пути к неприметной ризнице в дальнем конце храма он еще несколько раз останавливался, чтобы поговорить с горожанами. Он благословлял их на безопасность и полные желудки, оставляя за собой тропинку из добрых дел.

— Усталый у тебя вид, брат, — раздался знакомый голос. Из своего уединенного святилища выглянул кардинал Церро из Дарквальда. — Может, чашечку чая?

Они сердечно обнялись, тихо перешучиваясь о положении в мире и своих личных заботах. Ланри был на десять лет моложе кардинала, но оба уже достигли преклонного возраста, и в их шутках слышались жалобы на постоянные и необъяснимые боли в ногах, руках, спине и голове.

— Отриньте свои заботы, дорогой мой Ланри, — произнес кардинал, указывая на удобное на вид кресло в углу ризницы. — Все мирские дела могут подождать, пока кипит вода.

Ланри опустился на мягкие подушки кресла и удовлетворенно вздохнул. Он никогда раньше не видел Ро Тирис таким тихим, но Коричневого храма это не касалось. Таким переполненным он тоже никогда его не видел.

— Ты короновал нового короля? — спросил Ланри, представляя, какой бы совет дал новым правителям, если бы такая честь выпала на его долю.

— Да, — ответил Церро. — Думаю, Один Бог сделал прекрасный выбор. У него есть хорошие советчики и замечательные люди, но вот чашечку чая я заварить ему так и не успел.

Ланри усмехнулся и принял из рук старого друга чашку сладкого фруктового чая. Лучше напитка и представить было нельзя — согревающий, богатый аромат оставлял на языке приятное послевкусие и смягчал горло и желудок.

— Не припомню, чтобы я был знаком с молодым Александром Тирисом, — заметил Коричневый священник, отпивая глоток из большой кружки с горячим напитком, — но я слышал, он замечательный воин. Думаю, в нынешние времена это качество для короля одно из самых важных.

Церро взял себе кружку и сел напротив него.

— Все свои умения и силы он вложил в военное мастерство. Все, что уже произошло, все победы и поражения он свел к маханию мечами. Враг превосходит его людей числом, но, похоже, это только усиливает его стремление ввязаться в драку.

Ланри почувствовал, как от чая по позвоночнику разливается тепло.

— Встречал ли ты Фэллона из Лейта? — спросил он.

— Нет, — ответил кардинал, доставая свою трубочку и табак. — Слышал, что он Красный рыцарь. И хороший фехтовальщик.

— На удивление замечательный юноша, — заметил Ланри. — Простодушный, но по–своему целеустремленный. А еще он избранник Одного Бога.