Читаем Мировой Ворон полностью

— Нет, — ответил Нанон. — Я хочу вернуть лесу то, что ты у него украл.

С разговорами было покончено, и на мгновение Тир Нанон, Оборотень, стал сильнейшим существом на землях людей, древнейшим из доккальфаров, напитанным божественной силой. Для существа, никогда не знавшего богов, эта сила казалась совершенно особенной. Сила Бритага будет с ним недолго, но пока ее хватало даже на то, чтобы победить джеккана.

Нанон отбросил мечи в сторону и сжал голову джеккана в ладонях, приказывая ему вернуть украденную силу. Доккальфар нанес четыре удара невероятной мощи, даже одного из них хватило бы, чтобы убить любого смертного, и сейчас его встревожило, насколько слабым оказалось древнее существо. Кожа джеккана была похожа на влажную бумагу, она сминалась в складки и краснела под его пальцами.

Оборотень чувствовал, как тварь пытается пролезть в его разум. Магия хаоса истекала на него из больших глаз твари, похожих на кошачьи, но Нанон просто стряхивал ее с себя, и она разлеталась клочьями белесого дыма.

— Отдай! — проревел он, направив всю силу в руки, заставляя джеккана изрыгнуть жизненную силу Стражей Фелла.

— Она моя! — завопило существо, неожиданно осознавая, что уже не оно контролирует ситуацию.

Ярко–белое сияние излилось у него изо рта и глаз и наводнило лес бесконечными веками воли и силы. И только свет коснулся травы — она снова стала ярко–зеленой, как прежде. Сияние омывало кору деревьев, возвращая жизнь древним исполинам Фелла. Там, где всего минуту назад была тьма и смерть, теперь быстро восстанавливался живой, напитанный энергией зеленый ковер, возвращая лесу украденную у него жизненную силу доккальфаров. От корчащегося в муках джеккана поплыл густой туман, в котором Нанон различил знакомые лица. Витар Лот, отец деревьев. После смерти его лицо оставалось таким же спокойным, как и при жизни. Он медленно поднялся и осел на траву, чтобы на секунду мирно отдохнуть, а затем исчез. За ним появились другие, и каждое лицо выражало спокойствие, мир и принятие своей судьбы. Они отдавали часть себя в общий поток энергии, возвращая лесу жизнь и силу, отнятую Шаб–Ниллуратом.

Джеккан съежился в сухую оболочку, но Нанон так и не отпустил его. Он закрыл глаза и медленно вытянул из твари последние крохи силы, чтобы обширные запасы жуткой магии помогли восстановить Фелл. Вдали от них деревья, сожженные Псами, проросли снова. Чуть ближе мертвые Темные Отпрыски рассыпались в прах, превращаясь в удобрение для новых растений. И где–то в самом сердце поселения Фелла несколько сотен доккальфаров вернулись на землю и обрели странное умиротворение. Но джеккан был мертв.

Нанон встал и посмотрел на останки. Сморщенная, безжизненная оболочка, из которой выпотрошили всю силу. Могучий лес обратит в прах и его тело, но Нанон знал: он совершил непоправимое. Возможно, сейчас он убил последнего представителя Великой Расы. Погасил огонь жизни, горевший миллионы лет. Но мир не содрогнулся, и на доккальфара не извергся небесный огонь, чтобы наказать его за содеянное. Время не остановило свой бег, ветер не стих, а древний Тир постепенно вернул себе привычную внешность и отвернулся от уже пустого круга травы, где он убил джеккана. Он попытался найти останки его слуги, но чернильно–черная бурлящая масса тоже исчезла.

— Кейша, — позвал Нанон девушку, зная, что обновленный лес очистит ее разум от магии хаоса.

— Я ничего не вижу, — пробормотала она, по–прежнему закрывая лицо ладонями. — Вокруг полная темнота?

Доккальфар присел рядом с ней.

— Посмотри еще раз.

Она быстро заморгала, убирая руки от лица, а потом закрутила головой, осматривая окрестный лес. Стояла глухая ночь, но сквозь зеленые кроны, покачивающиеся на ветру, серебрился лунный свет. Девушка перестала моргать и нахмурилась.

— Что произошло?

Нанон наклонил голову.

— Глубинное Время просто чихнуло.

* * *

Поселение Фелла казалось необычайно умиротворенным. Нанон и Кейша спустились под землю и вошли в заброшенное поселение, и воздух в нем оказался на удивление свежим и чистым, будто никакое зло сюда не проникало. Спутница Нанона пораженно разглядывала огромные древесные стволы, удивляясь симбиотической архитектуре доккальфаров. К ней медленно возвращалась ее ехидство, но она еще страдала от последствий нападения джеккана, поэтому самое остроумное замечание, которое она смогла выдать, было: «Так твой народ пытался компенсировать свои комплексы?»

Тир знал, что с ней все в порядке, просто нужно дать ей время прийти в себя. Даже для Темной Крови ментальная атака джеккана была слишком калечащим опытом. Магия леса исцелила девушку, но шрамы останутся надолго.

— Нам нужно наверх, на вон ту длинную дорожку. — Доккальфар показал в сторону центра поселения.

— Как вы построили это место? — спросила Кейша, касаясь ярко–зеленого листочка, пробившегося из перил лестницы. — И почему люди не знают, что оно здесь находится?