Он приехал в Хельсинки и часов в 11 утра уже был у них в гостинице. Весеннее солнечное освещение беспощадно открывало измученное постаревшее лицо Марии, её растрёпанные волосы, неопрятную одежду. Стауница генерал видел впервые. Крепкий, упитанный, невысокий мужчина, примерно его лет. Круглоголовый, с невыразительным лицом и неуловимым взглядом водянисто-серых глаз. Кровати не убраны, на столе — вино, стаканы.

— Что произошло? — спросил Кутепов.

   — Вино? Кофе? Завтрак? — в ответ поинтересовался Стауниц спокойно.

   — Докладывайте, что произошло.

   — Всё погибло! — закричала Мария. — Я должна убить его и себя! Я это сделаю сейчас!..

   — Ты должна прекратить истерику, Маша, — сказал Стауниц. — Вы знаете — мы поженились. Я как муж отвечаю за неё. Присядь и успокойся, а я доложу Александру Павловичу обстановку.

   — Докладывайте, — сказал Кутепов, садясь к столу и брезгливо отодвигая грязные стаканы.

   — Что докладывать? — не унималась Мария. — Скажи ему, что Мы 4 года работали на ГПУ! Что ты тоже чекист! И мы с Александром Павловичем работали на тебя, на вас, а за это меня пускали в Пари-иж...

Она упала на кровать лицом в подушку и разразилась рыданиями.

   — М-да, — произнёс Стауниц, пожимая плечами.

   — Корнет Захарченко! — прикрикнул Кутепов. — Приведите себя в порядок.

Мария всхлипнула и утихла.

   — Несколько дней назад я узнал, что «Трест» — это организация, созданная ГПУ для нейтрализации белоэмигрантских сил за границей и антисоветчины внутри страны. Зайончковский, Потапов, Якушев и другие члены так называемого Политсовета состоят на службе в ГПУ.

   — Вот так Фёдора Ивановна! — воскликнул Кутепов, вскочил из-за стола, рванулся к двери, затем обратно...

   — Фёдоры Ивановны и не знаю, — спокойно продолжал Стауниц, но Кутепов перебил:

   — Я знаю! Я знаю, что вам надо делать. На русской территории есть склады оружия, о которых знает только Мария. Ну, может быть, и вы, как муж, знаете. Вы немедленно возвращаетесь в СССР, вооружаетесь и начинаете запланированные нами теракты. Главное — Кремль, ГПУ. Если с оружием плохо, вам может помочь капитан Ларионов. Он живёт здесь. Мария его знает. Он со своей группой в ближайшее время тоже идёт туда. Но не впутывайте его в свои дела. Если удастся, казните Якушева и прочих чекистов из «Треста». Но это не главное.

   — Я бы хотел остаться здесь и заняться разоблачениями в печати, — сказал Стауниц.

   — Я отдал вам приказ. За невыполнение приказа вы будете расстреляны. Разоблачайте в газетах себя. Не вздумайте упоминать моё имя. Будете наказаны так же, как за невыполнение приказа. Всё. Я уезжаю, но здесь есть лица, которые проследят за выполнением моего приказа.

3

«Органами ГПУ ликвидирована контрреволюционная шпионская группа, руководимая белым генералом Кутеповым, находящимся в эмиграции. Кутепов был связан с иностранными разведками и предоставлял им шпионские сведения о Красной армии и военной промышленности СССР».

«Правда» 29 апрели 1927 г.

«Советский Азеф

На территории Финляндии объявился некий Стауниц, бежавший из СССР. Судя по его похождениям, он вполне может быть назван советским Азефом. Выдавая себя за борца советского режима, он внедрялся в различные подпольные организации, а затем продавал их органам ГПУ. Так он предал монархическую организацию в России, затем савинковский «Союз защиты Родины и Свободы», антисоветскую группу сенатора Таганцева, находился на службе в разведках различных стран. Имеются доказательства того, что он участвовал в расстрелах офицеров в Кронштадте и Петрограде...»

Рижская газета «Сегодня» 9 мая 1927 г.

«...Я, Эдуард Опперпут, проживающий в Москве с марта 1922 г. под фамилией Стауниц, и состоявший с того же времени секретным сотрудником контрразведывательного отдела ОГПУ, бежал из России, чтобы своими разоблачениями раскрыть всю систему работы ГПУ и принести посильную помощь русскому делу...