Читаем Мир в латах полностью

Темное пятно в воде постепенно приобретало очертания человеческой фигуры. Роман, укрывшись за скалой и не выпуская рукоятки лазерного пистолета, наблюдал за ним уже несколько минут. Медленно всплывая, человек оставался неподвижен. В полумраке Роман не сразу понял, что перед ним женщина. Только сейчас он наконец опомнился и бросился ей на помощь.

Лицо женщины скрывала маска с поляризованным светофильтром, зато фигура, обтянутая полимерной тканью костюма, говорила о том, что женщина молода.

Роман не пытался понять, почему она стремилась к этому подводному причалу из последних сил. Для вопросов не пришло еще время.

Сорвав маску, он полностью открыл вентиль кислородного баллона и приблизил струю к губам женщины. Она глубоко вздохнула, застонала, но глаз не открыла. Роман достаточно разбирался в медицине, чтобы понять — ничего серьезного ей уже не грозит, нужно было просто подождать, пока пройдет обморок.

Ее лицо оказалось даже красивее, чем он ожидал. Длинные черные волосы рассыпались по плечам, сливаясь с темной тканью костюма и подчеркивая белизну кожи чуть скуластого лица с волевым подбородком и темными дугами широких бровей.

Роман сидел, свесив ноги с пирса. Голова девушки лежала у него на коленях, и он боялся пошевелиться, чтобы она случайно не соскользнула в воду, когда начнет приходить в себя. Совсем еще недавно, несколько дней назад, он мог случайно встретить ее в толпе, запросто подойти к ней, заговорить… Тогда он еще считал себя обыкновенным парнем и имел на это право. Сейчас даже эта невольная ласка — его рука, лежащая у нее на плече — не что иное, как обман…

“Биоробот — это конструкция из плазмы синтетических мышц и управляющего механизма с разветвленными электрическими цепями, заменяющими нервную систему” — так, кажется? В свое время он был неплохим учеником… Конечно, он не биоробот, что-то гораздо более сложное В своем теле он не ощущал ничего синтетического, и даже этот шар в мозгу мог быть всего лишь результатом внушения. Они могли проделать операцию с его волей и психикой, не прибегая к грубому хирургическому вмешательству. Где же в таком случае проходит граница между человеком и роботом? И кого именно следует считать человеком?

Что именно сделали с ним, он не знал. Он чувствовал себя нормально. Ему было всего двадцать восемь лет, на коленях у него лежала девушка, к которой он не имел права прикасаться, потому что не считал себя больше человеком…

Ее лицо, отрешенное от всего, казалось ему совершенным. Уста сомкнуты, глаза прикрыты… Пройдут минуты, и очарование исчезнет, она испугается, начнет говорить ненужные пустые слова. Человеческая жизнь, причастность к которой он перестал сейчас ощущать, властно ворвется под эти замкнутые, отрезанные от остального мира своды, и совершенство уходящих мгновений будет полностью уничтожено. Никогда больше он не ощутит такого полного единения с другим существом… Он не знал даже, принадлежат ли ему эти мысли или они являются частью инородного объекта, притаившегося внутри его мозга… Он думал об этом постоянно, даже сейчас, когда смотрел на тело девушки. На эту прекрасную, словно отлитую из черной бронзы статую. Костюм из тонкого пористого пластика лишь подчеркивал совершенные формы ее тела, не скрывая даже деталей… Не в силах сдержаться, он нагнулся и поцеловал ее в губы, словно хотел вознаградить себя этой последней, украденной лаской за предстоящее отчуждение… И именно в этот момент она открыла глаза.

Ни испуга, ни отвращения, ни даже протеста не увидел он в ее синем взгляде. Озноб пробежал по телу Романа от взора, в котором читалось бесконечное изумление. Она приподнялась, осторожно освободилась от его руки.

— Кто ты?

Роман пожал плечами, не зная, что отвечать на этот простой вопрос.

— Ты не из россов, я не знаю тебя… — Постепенно в ее глазах появлялся не страх, нет, скорее какое-то отчаяние. — Кто бы ты ни был, ты не слуга деймов. Ты ждал здесь наших? Почему ты молчишь?

— Я никого не ждал. Я бежал, спасая свою жизнь, попал в этот грот и вот увидел тебя. Остальное не так уж важно… Ты-то откуда здесь взялась?

— Нас выследили, взорвали лодку. Все наши погибли, одна я уцелела. — На секунду в ее глазах блеснули слезы, и тут же она взяла себя в руки. — Здесь нельзя оставаться. Я думаю, теперь они знают об этом тайном пути. Скоро здесь будут слуги деймов.

Роман не знал, что собой представляет тайный путь, о котором она говорила. Скорее всего она приняла его за кого-то другого. Это не имело сейчас никакого значения. Ему было все равно куда идти.

— Из этого грота без дыхательного аппарата не выбраться. Озеро слишком глубоко, и подводный проход, по которому я приплыл, не пройти второй раз, не хватит воздуха в легких. Придется тебе плыть одной.

— Моим дыхательным аппаратом можно пользоваться по очереди. Понадобится всего несколько вдохов Я хорошо знаю этот путь.

Он удивился, что ему самому в голову не пришла такая простая мысль.

— Может быть, ты хоть скажешь, как тебя зовут?

— Меня зовут Элия.