Другой формой традиционных военных действий, не имеющей близких параллелей в современности, являются мирные собрания, перерастающие в драку. Они гораздо более обычны, чем предательские пиры. Соседи собираются на церемонию, не имея намерения сражаться, однако насилие может вспыхнуть между участниками собрания, которые имеют те или иные претензии друг к другу, но редко встречаются. Когда они наконец оказываются лицом к лицу, то подчас не могут сдержаться и затевают драку, а родственники с обеих сторон к ним присоединяются. Например, мой друг-американец, присутствовавший на редкой встрече нескольких десятков файю, рассказывал мне, как росло напряжение: мужчины начинали выкрикивать оскорбления друг другу, в порыве гнева стучать топорами по земле, а в одном случае кинулись друг на друга. Риск подобных незапланированных вспышек насилия на мирных собраниях весьма велик в традиционных сообществах, где соседние общины встречаются редко, выяснение претензий предоставляется индивиду, а вождя, монополизировавшего применение силы и способного сдержать задир, не имеется.

Эскалация спонтанных стычек между людьми в войну организованных армий в централизованных государствах происходит редко, но все же временами случается. Примером может служить так называемая «футбольная война» между Сальвадором и Гондурасом. В момент, когда напряженность между двумя государствами из-за экономического неравенства и незаконной иммиграции уже была высока, их футбольные команды встретились в трех квалификационных матчах перед первенством мира 1970 года. Соперничающие фанаты начали драки на первой встрече 8 июня в столице Гондураса (со счетом 1:0 выиграл Гондурас); еще больше насилия имело место на второй игре 15 июня в столице Сальвадора (со счетом 3:0 выиграл Сальвадор). Когда Сальвадор выиграл и решающую третью встречу (3:2 в дополнительное время) 26 июня в Мехико, страны разорвали дипломатические отношения. 14 июля армия и военно-воздушные силы Сальвадора начали бомбардировку и вторглись на территорию Гондураса.

Уровень смертности 

Насколько высок уровень смертности в традиционных межплеменных войнах? Что показывает сравнение этого показателя с военными потерями государств?

Военные историки подсчитывают потери сторон в ходе любой современной войны. Так, например, подсчитаны потери Германии во Второй мировой войне. Это позволяет определить число смертей в результате военных действий в данной стране в среднем за столетие, в течение которого перемежались периоды мира и войны, например в Германии за весь XX век. Подобные же показатели подсчитываются или оцениваются в ходе десятков исследований некоторых современных традиционных сообществ. В четырех обзорах — Лоренса Кили, Сэмюела Боулза и Стивена Линкера, а также Ричарда Рэнгема, Майкла Уилсона и Мартина Мюллера — собраны и проанализированы цифры, полученные на примере изучения 23-32 традиционных сообществ. Как и следовало ожидать, между отдельными народностями обнаруживаются большие различия. Самые высокие военные потери по усредненным данным за год — 1% (т.е. один убитый за год на 100 человек популяции) или больше у дани, суданских динка и у двух североамериканских групп индейцев; самые низкие — 0,02% или меньше — у жителей Андаманских островов и малайских семанг. Некоторые из этих различий связаны с образом жизни; средний показатель военных потерь, согласно анализу Рэнгема, Уилсона и Мюллера, у земледельцев в четыре раза превосходит таковой у охотников-собирателей. Альтернативную оценку влияния военных действий дает общее число смертей, связанных с войной. Этот показатель варьирует от 56% у эквадорских индейцев ваорани до всего лишь 3-7% у других шести традиционных сообществ из разных регионов мира.