В подвал он попал всего лишь за заданный вопрос. Правда, вопрос был не первым. Честно говоря, Мастер Пускатель предупреждал его, чтобы он не задавал вопросов на исторические темы. Историю детям преподавал опасник. А опасников неразумно считать людьми терпеливыми и прощающими нанесённые им обиды. В том числе, воображаемые. Люди, стоящие между обществом и грозящими ему опасностями, естественно, и сами опасны. Ведь большая часть опасностей грозит обществу как раз от отдельных его членов.

Причём тут был не только вопрос! За ним последовало что-то вроде спора. Только что узнав от самого же опасника о существовании нижних, этого исчадия Зла, то ли бесов, то ли их пособников, Антəм спросил его, прямо на уроке, при других учениках, почему именно люди – это Добро, а нижние – Зло. Опасник ответил очевидным аргументом, что люди живут на Горе, ввиду Священного Неба, а нижние – под Горой, вблизи Бездны. Но Антəму аргумент показался недостаточно очевидным. Он попросил объяснить, как тогда выходит, что вид Священного Неба не удерживает некоторых людей от злых поступков. Он сам видел. Не один раз. Между другими. И его тоже обижают. И вдруг тогда и некоторые нижние делают добрые поступки. Вдруг, когда они живут вблизи Бездны, им как раз приходится дружить? А то совсем плохо будет. А тут – наоборот?

Опасник растерялся. Разозлился. И заподозрил крамолу. Для ребёнка такие рассуждения слишком умны! Но Антəм не мог сказать, чтобы кто-то его подговорил задавать такие вопросы и тем смущать неокрепшие умы других учеников. Он твердил, что никто его не подговаривал – да он и о нижних узнал только что! И ведь верно!

Учитывая это обстоятельство, провокация была устроена слишком хитро. Если был кто-то, кто подсказал вопрос, он должен был заранее знать тему урока. Тем самым, иметь агентуру среди опасников. И зачем бы этому кому-то обращать внимание опасников на себя и свою осведомлённость ради такой мелочи? Антəму повезло: опасники решили, что такого глупого крота быть не может и следствие прекратили.

Но опасник нажаловался Мастеру Пускателю и потребовал принять меры. Тот подумал и решил, что меры требуются предельно суровые. Дабы отвратить мальчонку от опасного образа мыслей. Очень не хотелось когда-нибудь увидеть своего младшего ученика своим клиентом. Нужно раз и навсегда показать любителю спорить, что и тут, под Священным Небом, нет никакого «наоборот», под которым Антəм, очевидно, подразумевал отсутствие ответственности за нехорошие поступки, за которые где-то там, под Горой, вблизи Бездны, следует суровое наказание. Споры с опасниками, на любую тему, и есть такие поступки, за которые и отсюда можно попасть в Бездну, что бы там на самом деле ни было под Горой. О чём достоверно никто не знает, и потому на эту тему вообще нет никакого смысла спорить.

Меры оказались правильные. Добравшись через «не могу» до спасительной приступочки и чудом выжив в подвале, только что убившем двух взрослых, ребёнок повзрослел и поумнел и вообще перестал задавать вопросы опаснику. А спустя некоторое время, заметив, что его молчание тоже вызывает подозрительные взгляды опасника, стал время от времени – не реже и не чаще, чем другие – придумывать очевидные вопросы, подразумевавшие стандартные ответы. И никогда, никогда, никогда не просил уточнений и разъяснений.

На Горе

Мир вверху, на Горе, устроен очень естественно и очень понятно. Чем человек умнее, тем более высокую должность он занимает. Соответственно, тем он богаче и тем выше по склону и на более открытом месте расположено его жилище, и тем большую часть Священного Неба он может в своё удовольствие обозревать. На вершине Горы стоит башня самого Крыша, откуда видно Священное Небо во всём его великолепии. Всё целиком! Вокруг башни кольцевой дом опасников. Впрочем, и сам Крыш, и опасники, движимые любовью к простым гражданам, навещают их, покидая свои прекрасные жилища. Сам Крыш реже, опасники чаще. Не потому, конечно, что превосходят самого Крыша в любви к народу. Такого злокозненного предположения даже Антəм никогда никому не высказывал, а он в детстве был совершенно безбашенный, пока не побывал в отходном подвале. Просто опасников много, а сам Крыш один.

Расположение наверху и на открытой местности играет большую роль в том, чтобы гражданин мог стать ещё богаче. Известное свойство золота – со временем прибавлять в весе – зависит именно от того, насколько открыто оно лежит. Только безумец будет зарывать священный металл в землю, прятать в сундуки, стоящие в подвалах и т.д. Золото почти всегда помещают на крышу. Конечно, хорошо охраняемую. Иногда кладут на чердак под открытый на крыше люк.

На самом деле это свойство, прибавлять в весе, не только золота, но и всех цветных металлов. Просто у очень богатых есть золото, средне богатые помещают на крышу серебро, небогатые – медь. А у кого денег нет, у тех их и не прибавится.