Читаем Мир без России полностью

Как бы то ни было, пока США и Западная Европа обеспечивают «стабильность», у России есть своего рода передышка, во время которой надо сформировать свой «геополитический полюс» (с. 16). Географически он, правда, не очерчен.

Авторы ставят важный вопрос: на каких принципах будет организован мир в XXI веке? И здесь они, в отличие от слепо верующих в демократию и глобализацию, справедливо отмечают наличие противоположных тенденций — антиглобализма, роста влияния консервативных, а не либеральных ценностей, закрытости части мирового сообщества (с. 17). И хотя они не указывают на то, какая тенденция преобладает, важно, что хотя бы видят противоположные тенденции.

Довольно объективно они оценивают отношения России с США. Редкий вывод среди демократов: «США — были, есть и будут геополитическими оппонентами России, в том числе в зоне СНГ, в пределах самой России, не говоря уже о дальнем зарубежье, тем более о геостратегической периферии, регионах Латинской Америки, Ближнего Востока, АТР». Поэтому отношения с США скорее всего будут построены на базе «зрелого партнерства» (с. 19).

От реализма они тут же впадают в идеализм, предлагая для нового мирового порядка новый «смысл жизни», «то есть, сконструировав новые достойные цели для человечества, как раз и способные обеспечить порядок и минимально необходимую и возможную гармонию и предотвратить хаос и конфронтационность (курсив авторов)» (с. 27–28).

Поистине это в духе русских: сам в дерьме, но думай о всем человечестве. Думать, естественно, можно о чем угодно. В реальности, поскольку сил на «туза» нет, а «шестеркой» быть не хочется, то остается почетная роль «джокера». Такая роль, по мнению авторов, в конце концов обеспечит «достойное место и роль России в условиях многополярного мира» (с. 27–28).

А о том, что мы, если будем следовать рецептам авторов, не займем это пресловутое достойное место, даже играя джокером, свидетельствуют их рассуждения, связанные с «АТР».

Во-первых, даже если согласиться с существованием такого региона, т. е. «Азиатско-Тихоокеанского региона», непонятно, при чем здесь Индия? Индия, конечно, азиатская страна, но у меня такое ощущение, особенно когда смотришь на карту, что она омывается водами не Тихого, а Индийского океана.

Во-вторых, отношения с Китаем. Авторы предостерегают от излишнего оптимизма относительно возможностей «стратегического партнерства», поскольку «текущие связи России и Китая не дотягивают до широкомасштабного сотрудничества» (с. 110). Я не исключаю, что «не дотягивают», но, если я об этом говорю, тогда я должен объяснить, что такое «широкомасштабное сотрудничество». Или дать пример отношений со страной, с которой у нас сотрудничество «широкомасштабное». Но проблема не только в этом. Авторы прогнозируют: «Китай будет уже в недалекой перспективе, пожалуй, главным геополитическим оппонентом России в северо-восточной Евразии, и формирование многополюсной структуры безопасности в АТР, одним из полюсов которой была бы Россия, гораздо в большей степени соответствует интересам последней, чем зацикливание на формировании каких-либо жестких «осей», даже на первый взгляд очень внушительно выглядящих (курсив мой. — О. А.)» (с. 124). Почему и в чем это выразится, авторы не сообщили. Но я могу предположить, что им, как и всем либерал-демократам всех стран, Китай не нравится из-за своей социалистичности, которую он так или иначе проявит в предстоящей борьбе между Востоком и Западом во второй половине XXI века.

В-третьих, авторы предлагают сократить «Тихоокеанский флот в 2 раза против нынешнего» (с. 112). Его вообще можно сократить до нуля, т. к., исходя из логики авторов, гарантом безопасности являются США, а они умудрились в военном отношении укрепиться и в Восточной Азии (с. 119).

В-четвертых, авторы полагают, что «подключение России к связям, экономическому взаимодействию в АТР не просто желательно, оно неизбежно» (с. 112). Я не знаю, кто из авторов писал часть про «АТР», но он явный дилетант, поскольку подобное «пожелание» в виде утверждений высказывается со времен Ломоносова. А воз и ныне там.