Читаем Мёртвая зона полностью

Дорогой Джонни!

Твой адрес мне дал отец. Как там Великая американская пустыня? Попадаются ли краснокожие (ха-ха)? Я сейчас в Стовингтонской подготовительной школе. Ничего сложного. Аудиторных занятий всего шестнадцать часов в неделю. Мой любимый предмет — продвинутый курс химии, хотя по сравнению с тем, что давали в Дареме, — это сущие пустяки. Мне всегда казалось, что наш старый преп «Бесстрашный» Фарнхэм с большим удовольствием изготовил бы какую-нибудь адскую смесь, чтобы весь мир взлетел на воздух. По литературе в первый месяц мы читаем три произведения Джерома Сэлинджера: «Над пропастью во ржи», «Фрэнни и Зуи» и «Выше стропила, плотники». Мне нравится. Учитель сказал, что он по-прежнему живет в Нью-Хэмпшире, только больше не пишет. Этого я не понимаю. Зачем бросать, если все так классно? Ну да ладно. Местная футбольная команда — полный отстой, но мне начинает нравиться европейский футбол. Тренер говорит, что для европейского футбола нужны мозги, а в американский играют одни дебилы. Пока я еще не разобрался, говорит он это из зависти или так оно и есть.

А можно мне дать твой адрес кое-кому из тех, кто был тогда на вечеринке у нас дома? Они хотят написать и сказать спасибо. Между прочим, в их числе и мать Пэтти Строн — помнишь, как она выступала, когда ее «драгоценная доченька» хлопнулась в обморок во время приема на лужайке? Теперь она считает, что ты — молодец. Кстати, с Пэтти я больше не встречаюсь. В столь «нежном возрасте» (ха-ха!) ухаживания на расстоянии меня не вдохновляют, тем более что Пэтти уезжает учиться в колледж Вассара в штате Нью-Йорк. А здесь я уже успел познакомиться с одной чудесной куколкой.

Джонни, напиши, когда будет время. Судя по словам отца, ты сильно переживаешь и совсем расклеился, хотя я не понимаю, из-за чего, — ты же сделал все возможное! Наверное, отец ошибается и ты вовсе не расклеился, правда? Пожалуйста, напиши, а то я волнуюсь. Смешно, конечно, что о тебе беспокоится стопроцентный Альфред Ньюмен[16], но это так.

Когда будешь писать, заодно объясни, что мешает Холдену Колфилду из «Над пропастью во ржи» радоваться жизни, тем более что он не черный?