Читаем Миллионер полностью

«Они все здесь сумасшедшие. Заниматься бизнесом в России – все равно что прогуливаться по минному полю. Но Валентин такой милый».

– Нужно приехать заранее, – с присущей ей предусмотрительностью сказала Кармен.

– Я обо всем позаботился. Места в баре заказаны для нас и всей твоей компании.

«Он еще и практичный».

– Каждый платит сам за себя, – предупредила Кармен, чтобы не ввести любовника в лишние расходы.

– Это уж как водится. Но я плачу за тебя, – вновь проявил широту натуры Валентин Борисович.

«Она выпьет не больше двух бокалов пива. Закусим чипсами», – все же прикинул Рюмин. Получалось недорого, хотя все бары резко вздули цены во время чемпионата.

– Ты уверен, что это безопасно? – Кармен поджала губы и одновременно положила руку на ладонь Рюмина, смягчая свой нарочито строгий тон.

– Будем надеяться, что российская сборная не проиграет. Иначе болельщики разнесут весь центр.

– Так ты будешь болеть за Россию!

– Я буду болеть за тебя, – обольстительно улыбнулся Рюмин и, в свою очередь, погладил руку Кармен.

С точки зрения европейской политкорректности эти робкие поглаживания являли собой жуткий разврат – намного более скандальный, чем, скажем, оральный секс в кинотеатре или в примерочной кабинке торгового центра.

* * *

Троянов слушал разговор двух голубков, сидя в машине, запаркованной у дома Рюмина.

Сразу же после встречи с Екатериной он привлек к слежке двух друзей, работающих в частном сыскном агентстве.

Объект наблюдения Рюмин ничего не боялся.

Он ощущал себя предельно уверенно, полагая, что его связи в высших сферах гарантируют от неприятностей.

Что касается криминала, то он и раньше обходил Рюмина стороной, а по мере укрепления государственности и политической стабильности старался напоминать о себе как можно реже.

Конечно, отморозки и беспредельщики возможны в любом обществе, но для защиты от шпаны Рюмина обычно сопровождали два охранника в одинаковых черных костюмах в полоску. Судя по их загорелым и беззаботным лицам, они особенно не парились – носили за хозяином зонт и служили подтверждением его социальной значимости.

В последнее время назойливая демонстрация личной охраны стала считаться проявлением дурного вкуса, напоминающим о бандитских девяностых. В представлении государственников охрана полагалась только высшим должностным лицам, а частные предприниматели пусть опираются на защиту закона и правоохранительных органов.

Об этом Рюмину как-то прямо сказал его знакомый прокурорский генерал:

– Валентин, будь скромнее. Видел, как ты со своими бобиками чуть ли не во двор Генеральной прокуратуры въехал. Не улавливаешь остроты политического момента. Ты должен сюда приходить и челом бить. Без охраны и прочих выкрутасов. Смиренно!

Тонкий стратег Рюмин подумывал о том, чтобы вообще ввести скрытое сопровождение – так, на всякий случай.

Однако пока охрана Рюмина выполняла чисто символические функции, что облегчало Троянову и его друзьям наблюдение и прослушку объекта.

К тому же Валентин Борисович жил по строго заведенному графику. Встречался с контрагентами он не часто, опираясь на узкий круг доверенных лиц типа Верова и ему подобных канцелярских мышей.

Кроме новой возлюбленной Кармен, у Рюмина были еще две любовницы – скорее для тела, чем для души, но они посещали его только на квартире или в загородном доме.

Троянову не надо было долго искать бреши в обороне Рюмина.

Их было достаточно – только выбирай.

* * *

Фурнье потревожил в самый неподходящий момент.

Валентин Борисович уже надел летнюю рубашку с открытым воротом, расстегнутую до середины груди, и легкую куртку.

Через час он должен быть у Кармен, а потом в баре. Из всех районов Москвы в Центр уже устремлялись автомашины, мотоциклы, прочие виды транспорта, украшенные российскими флажками и лозунгами «Вперед, Россия!».

Вечер и ночь обещали быть жаркими.

Фурнье не просекал ответственность момента и доставал своим обычным французским нудением.

– Валентин, я обеспокоен. Пауза затянулась. Если мы не используем выделенные средства, фонды отзовут свои решения и вложатся в более понятные проекты. Что нового?

– Сегодня футбол. Матч Россия – Нидерланды. Если мы не побьем голландцев, то не выйдем из группы, – пояснил Рюмин.

– Сборная «оранжевых» – фаворит чемпионата, – ехидно заметил Фурнье.

– Не веришь, что мы надерем им задницу?

– Кроме задницы, нужно еще попасть в ворота.

– Не веришь в возрождение России, – разочарованно сказал Рюмин. – Все верят, а ты, падла, сомневаешься.

– Плохо слышно, – сообщил Фурнье. – Я не все понял. Не хочу тебя отвлекать, но как дела, хотя бы в общих чертах?

– Готовь деньги. Крюков практически уже дал согласие на продажу своих акций. Осталось согласовать детали.

– Очень хорошо. Я скоро приеду в Москву.

– Приезжай, но при одном условии.

– Каком?

– Что мы надерем голландцев.

– Не знал, что ты болельщик, – удивленно заметил Фурнье.

Он не верил в успех сборной России, но сомневаться в том, что «Интер-Полюс» скоро упадет к его ногам, как спелое яблоко, оснований не было.