Читаем Миллион в воздухе полностью

– Конечно. «Жоржета» получает деньги, отправляется на вокзал, покупает билет, а дальше в туалете снимает парик и надевает обычную одежду. Тем временем граф и графиня де Мирамон находятся у всех на виду, то есть у них стопроцентное алиби. А их сообщница садится в купе второго класса и с деньгами уезжает в Париж, но для всех она – Жоржетта Бриоль, которая бесследно исчезла с этими же деньгами. Чем не мотив для убийства? И когда тело обнаружат, то у полиции будет мотив, у супругов – алиби, и ни один следователь не свяжет воедино убийство и воссоединившуюся семью де Мирамон.

– И тем не менее, когда Мэй по моей просьбе стала говорить с ними об экспрессе и вашем приходе сюда, господин комиссар, моя помощница сразу же заметила, что они нервничают, – сказала Амалия. – Немудрено, что оба были как на иголках, ведь уже в поезде их планы спутал Оберштейн. Он-то понятия не имел о том, что они совершили убийство. А у графа и графини был веский повод не приглашать полицию, когда Матильда обнаружила тело в десятом купе. Даже если бы полицейские не стали проверять их вещи, Мирамоны потеряли бы время, а когда вы путешествуете с разлагающимся трупом в чемодане, время очень быстро может обернуться против вас.

– Так вот почему они избавились от Моннере! – вырвалось у Мэй.

– Вот именно. Сначала графиня выждала, когда все успокоятся и перестанут спрашивать о том, что ей приснилось, и побежала в третий вагон к мужу советоваться. Он, наверное, пришел в ужас, но согласился, что от тела надо избавиться. Моннере был крупный и тяжелый, одна графиня ни за что бы не справилась. Они выбросили его наружу, вслед выкинули на насыпь чемодан полицейского, его сумку и пальто. Теперь оставалась самая неприятная часть работы. Оберштейн, как я уже говорила, зарезал Моннере, поэтому крови в купе было достаточно. Кровь осталась на диване и на простынях, поэтому граф принес взамен них простыни лже-Жоржетты и вырезал из обивки куски, в которые кровь успела впитаться. Графиня полотенцами терла пол и стены купе, чтобы не осталось пятен, а потом замыла все водой. Вот почему была прорезана обивка, вот почему исчезли полотенца, и вот почему в рукомойнике не оказалось воды. Помните, что говорил кондуктор? Когда он вошел, в купе было совершенно чисто, даже подметать не надо. Конечно, чисто, ведь Мирамоны позаботились все убрать. Только одного они не заметили – квитанции на кольцо.

– Она упала за диван, – вставил Папийон. – Так сказал Норвэн. Сначала он не придал ей значения, потому что кольцо явно не из богатых, но потом…

– Сам Норвэн не знал, что думать. Он решил, что у пассажира возникли неотложные дела, и поэтому он вышел. Но еще до этого Оберштейн решил, чтобы окончательно меня утопить, подбросить мне орудие убийства. Когда мы с Мэй вышли из купе в Ницце, оставив там свои чемоданы, Оберштейн завернул туда и сунул нож и окровавленный платок без меток в мой чемодан. То есть он думал, что чемодан мой, но на самом деле это был чемодан Мэй. Когда она разбирала вещи, то нашла нож и не знала, что думать. Она даже решила, что это бабушка пытается таким образом избавиться от нее.

– И совершенно зря, – отчетливо промолвил Бланшар, который, казалось, дремал, сидя в кресле.

– Юбер! – возмутилась Кларисса. – Ты же спишь!

– Мой сон, – сказал адвокат, деликатно зевая и прикрывая ладонью рот, – стоит иного бодрствования. Как я понимаю, мадемуазель Мэй сразу же побежала со своей находкой к госпоже баронессе?

– Вы правильно понимаете, месье Бланшар, – ответила Амалия. – И я сразу же вспомнила о пропавшей перчатке – идеальной улике. Мне стало ясно, что где-то рядом со мной произошло убийство, причем виновной хотят выставить меня. Затем я поняла, что некто оказался заинтересован в том, чтобы скрыть следы, и это явно не Оберштейн. По моей мысли, незадолго до этого имело место второе убийство, и я сказала господину графу: стоит ожидать появления еще одного трупа. Когда стало известно, что Жоржетта Бриоль убита, я решила, что это не может быть тот самый труп, но вскоре все стало на свои места. Все остальное вам известно. Мы с Мэй, Уолтером и Кристианом организовали, так сказать, небольшой отряд и стали расследовать это дело. Уолтер и Мэй отыскали жилье Генриха и попутно спасли Норвэна от верной смерти. Мэй нашла коробку от кольца, в которой было спрятано указание на тайник. Граф увидел ангела именно там, где нужно, и он же подключил своих друзей из общества воздухоплавателей, чтобы перехватить Оберштейна, когда он похитил Мэй. Мадам Бланшар, кстати, тоже приняла посильное участие: разыскала графа и настояла на том, чтобы лететь вместе с ним и его друзьями, а потом уронила на Оберштейна мешок с песком, от чего, возможно, он не оправится до конца своих дней. Словом, все делали, что могли. Ну, а я… Я просто старалась вам не мешать, – закончила она с улыбкой.

– А как вы нашли Элали Менар, которая изображала Жоржетту Бриоль? – спросил Кристиан. – Или, получив 10 тысяч франков, она стала слишком открыто тратить их и привлекла внимание?