Читаем Миллион в воздухе полностью

– Хм… Венсенн – это восток. Допустим, Оберштейн хочет добраться до германской границы, но туда в любом случае путь не близкий. – Он нахмурился. – Он не отдаст вам заложницу, госпожа баронесса. Она нужна ему, чтобы добраться до границы. Он решил сыграть по-крупному, и это не тот игрок, который будет колебаться, если речь зайдет о чужой жизни.

– Все это мне прекрасно известно, – сказала Амалия. – Но Мэй во что бы то ни стало необходимо выручить.

– Полагаю, – сказал Папийон, – я смогу послать в Венсенн наших людей, чтобы они оказали вам помощь на месте. Сам я, разумеется, тоже поеду.

– В записке сказано, чтобы я не привлекала полицию, – напомнила Амалия. – Иначе Оберштейн ни за что не ручается… и так далее.

– Но вы уже обратились ко мне, – серьезно сказал Папийон. – Я виноват, что ввел вас в заблуждение. Конечно, Оберштейн обвел моего человека вокруг пальца, сделав вид, что уезжает. Я не отрицаю своей вины.

– Боюсь, – твердо ответила Амалия, – что в этом деле я не могу ни на кого положиться, кроме… – Она задумалась, а потом уверенно проговорила: – Джокера. Конечно, мне нужен джокер.

– Простите? – изумился Папийон.

– Вы же сами сказали, что Оберштейн решил сыграть по-крупному. Надо, чтобы он провалил эту партию. – И она изложила Папийону свой план.

– Да, – промолвил комиссар задумчиво, – это может сработать.

– Тогда пожелайте нам попутного ветра, – улыбнулась Амалия, поднимаясь с места. – Кстати, я же вам не сказала, кто и почему позаботился выбросить вашего коллегу Моннере из вагона.

– Я уже это знаю, представьте себе, – вздохнул Папийон. – Беда в том, что у меня нет никаких доказательств.

– Доказательства – пустяк, – отмахнулась Амалия. – Достаточно послать одно письмо, и они сами упадут вам в руки.

– Что еще за письмо? – с любопытством спросил комиссар.

– От имени третьей дамы, которая не участвовала в деле, но согласилась сыграть свою роль. Только сначала надо на всякий случай проверить, не опередили ли нас. Вы еще не догадались, комиссар? – Амалия поглядела на часы. – Так уж и быть, пока у меня есть пять минут, я вам все объясню.

Так она и поступила.

– Вам надо работать у нас, честное слово, – объявил Папийон, выслушав ее. – Значит, вы полагаете…

– Конечно, можно обойтись и без письма, – кивнула Амалия. – Но тогда придется перебирать всех знакомых семьи, которые подходят под описание, а это может занять время. Все зависит только от вас, комиссар. Да, так когда я смогу зайти за чертежами?

– Через полчаса, я полагаю, – отозвался Папийон.

Однако фальшивые чертежи появились уже через четверть часа, и Амалия, поблагодарив комиссара, удалилась. Сегодня ей надо было успеть сделать еще много дел, и к тому же она собиралась отдать кое-какие распоряжения.

За несколько минут до назначенного в записке времени Амалия была уже на месте, возле сожженного молнией дерева, которое указывалось в качестве ориентира. Следует особо отметить, что до Венсенна Амалия добралась на автомобиле, взяв с собой в качестве сопровождающего только молодого священника. Что же до графа де Ламбера, то, возможно, у него нашлись куда более важные дела.

Однако Оберштейн не появился. Уолтер блуждал по поляне, как неприкаянное привидение, каждую секунду вынимая часы и сверяясь с ними. Что же до Амалии, то она отметила про себя, что сегодня солнце светит особенно ярко, улыбнулась с тайным удовлетворением и открыла кисейный зонтик. Если бы стояла плохая погода, ее джокер мог и не сработать.

– Уолтер, прекратите протаптывать новую тропинку, – капризно проговорила она. – У вас такой вид, как будто вы решили выиграть дерби, причем в качестве лошади. Никуда мсье Оберштейн не денется, мы нужны ему не меньше, чем он нам.

– Должен сказать вам, сударыня, – проговорил Уолтер, на которого попытки Амалии пошутить произвели самое тягостное впечатление, – что иногда мне случается сожалеть… – Он запнулся и не закончил фразу.

– Нечего, – сказала Амалия, – вот вернетесь в Ниццу и произнесете в церкви проповедь, что все, что ни делается, непременно к лучшему. И леди Брэкенуолл прослезится и простит вам невнимание к ее дочкам.

– Боюсь, – вздохнул Уолтер, – что Ницца теперь для меня закрыта.

– Глупости, глупости! Не хотите же вы сказать, что откажетесь от места после того, как я с таким трудом достала его для вас?

– Вы? – пролепетал Уолтер. – Достали мне место?

– Ну да, обойдя леди Брэкенуолл, – пожала плечами Амалия. – Не хочу сказать ничего такого, но эта дама только в Ницце может делать вид, что от нее многое зависит. Да, не забудьте пригласить меня на свадьбу, мистер Фрезер, а то я обижусь.

– Миледи! Я… мы… всегда! Конечно! – Уолтер прижал обе руки к груди, его лицо сияло. Теперь, когда все устроилось столь волшебным образом, он даже как-то запамятовал обо всех неприятностях, которые произошли с Мэй.

– Надо же, как трогательно, – произнес возле них чей-то надменный скрипучий голос. – Интересно, а я получу приглашение?