— Нет, не спаиваю, — ответила я как можно спокойнее, хотя дерзкий ответ так и просился наружу.

— Я видела алкоголь, там в номере, и сейчас, вижу его здесь! — упрямо продолжала Татьяна.

Я ничего не ответила, потому что не знала что отвечать.

— Как давно ты встречаешься с моим сыном?!

"Вот опять — "мой" сын…"

— Мы начали встречаться сразу после того, как Никита вернулся с сессии.

Какое — то время Татьяна молчала, видимо переваривая информацию. Но вот её лицо начало постепенно разглаживаться.

— Так это совсем недавно! А я — то уже испугалась, что у вас давно тянется…

Облегчённо выдохнув, Татьяна расслабилась и откинулась на спинку дивана, лёгкая улыбка тронула уголки её губ.

— Я так и знала, что всё это несерьёзно, ну, позабавились немного, и ладно! Ты — в разводе, одинокая, несчастная, а тут парень молодой, красивый, энергичный, мало бы кто устоял перед таким, как мой Никита, и где — то я даже тебя понимаю, Дарья…

Я собралась с духом и, сделав глубокий вдох, выпалила:

— Всё серьёзно, Татьяна. Настолько серьёзно, насколько это возможно. Мы с Никитой любим друг друга и открыто хотим быть вместе. Он уже думает о свадьбе, но я пока…

— О чём он думает?! — лицо Татьяны сначала побледнело, а затем на нём выступили большие багровые пятна. Она схватила себя рукой за горло, со стоном закатив глаза.

Я вскочила с места.

— Я сейчас принесу воды!

Я быстро сбегала на кухню и вернулась обратно, протягивая Татьяне кружку с водой. Она сделала несколько шумных глотков и с громким стуком поставила кружку на столик.

— Дарья, опомнись! Ты с ума сошла?! У тебя с моим сыном разница пятнадцать лет!

— Одиннадцать с половиной.

— Неважно! Всё равно. это очень, очень много! Ты взрослая женщина, была замужем, у тебя ребёнок ходит уже в школу! А мой сын только начинает жить! Какая свадьба, опомнись!

— Я тоже самое сказала Никите. О свадьбе ещё думать рано, ему сначала надо на ноги встать, в профессии себя проявить, а потом уже…

Я резко осеклась, увидев, как сильно округлились глаза Татьяны, выступившие на щеках пятна стали ещё ярче. Она вновь поднесла руку к горлу и сдавленно сказала:

- Я против, слышишь?! Мой мальчик ещё слишком молод для семейной жизни! Ему нужна девочка, ровесница, а не такая как ты!

Её слова больно резанули по сердцу. Мои самые худшие опасения подтвердились: Татьяна никогда и ни при каких обстоятельствах не примет меня в качестве невестки. Это война. Только вот проигравшие, в итоге, будут все…

Я попыталась объясниться ещё раз:

— Татьяна, поверьте, я желаю Никите только счастья! Но так уж вышло, что его счастье — это я… Это не мои слова — он мне сам так говорит! И если бы ещё пару месяцев назад, мне кто — то сказал, что такое возможно, я бы ни за что не поверила! Но, видимо, это судьба… Поверьте, я также сильно люблю вашего сына, как и он меня! Я обещаю, что вместе мы…

— Неееет!

Я вздрогнула от её вопля и замолчала.

— Я запрещаю тебе его любить! Развлеклась с молодым мальчиком? Всё, хватит! — Татьяна вскочила с места. — Это мой сын! Я не для тебя его воспитывала, ночами не спала! Слышишь?! Я, я…

Она начала медленно оседать на диван.

— Что — то мне нехорошо… голова кружится… где мои таблетки от давления? — Татьяна попыталась что — то достать из сумки, но её руки безвольно повисли, а тело обмякло как у тряпичной куклы.

— Вам плохо?! — закричала я. — Я сейчас же вызову скорую!

Но она уже не отвечала. Глаза женщины закатились, грудная клетка тяжело вздымалась и опускалась.

Я кинулась к телефону. Я хотела было сперва позвонить Никите, но подумала, что только потеряю драгоценное время. Я набрала скорую, и как могла, сбивчиво объяснила ситуацию. Оператор сказал: "ждите" и отключил звонок.

Меня трясло. Я в панике смотрела на Татьяну, которая полулежала на диване и еле дышала.

— Сейчас, сейчас, Танечка, скорая уже в пути, потерпите! — бормотала я, пытаясь удобнее развернуть её голову. Уложив её на диван, я открыла автоматические ворота и выбежала на улицу, чтобы встретить машину скорой помощи.

Через минуту я услышала знакомый шум мотора.

Никита! Он приехал, несмотря на мой запрет!

Никита заехал во двор, выключил двигатель и снял с головы шлем. Увидев выражение моего лица, он свёл вместе брови и встревоженно спросил:

— Даша, что случилось?!

— Твоя мама… — еле выдавила я. — Ей внезапно стало плохо… она там лежит… Я жду скорую.

Не говоря больше ни слова, Никита бросился в дом.

20 глава

У Татьяны случился инсульт. Как сказали потом врачи, если бы скорая вовремя не приехала, то всё могло быть намного плачевней.

Маму Никиты поместили в реанимацию и сказали ждать. На Никите не было лица, как и лицо его отца, который вскоре приехал в больницу, выражало полный ужас и смятение. Мы все были в ужасе. Оказывается, Татьяна уже давно жаловалась на высокое давление и частое головокружение, но всё время оттягивала свой визит к врачу.

Я испытывала невероятное по своей силе чувство вины. Оно грызло меня изнутри, не давая вздохнуть. Никита меня ни в чём не упрекал, и видя его таким потерянным и несчастным, я поняла насколько сильно он любит свою маму.