Читаем Милфа (СИ) полностью

Никиты дома не оказалось, и я не могла понять, какое чувство испытала больше: облегчение или сожаление. Я не спрашивала у Татьяны, где он — спросил Илья. Татьяна, пожав плечами, ответила, что Никита "где — то пропадает с друзьями". Оказывается, завтра он уезжает на целый месяц в Москву на сдачу последних экзаменов и защиту диплома.

"Вот и хорошо!"

Татьяна рассказала мне все местные сплетни нашего района: кто какой дом купил, а кто, наоборот, всё продав, уехал. Рассказала об проблемах в строящемся отеле, и немного — о Никите и его опасном, с её точки зрения, увлечении мотогонками.

— Скоро у него какие — то там соревнования, здесь, в городе. Как приехал, так целыми днями пропадает, то на пляже, то на тренировках, то ещё где — то.

— А может, у девушки какой — нибудь?

"И зачем только спросила… Мне — то какое до этого дело?!"

— Да вроде, сейчас у него нет девушки, была одна размалёванная, крашеная блондинка, пару раз приводил её к нам домой, когда на прошлую сессию приезжал, но я так поняла, они уже расстались. Я однажды спросила почему, а он мне ответил, словами из песни: первым делом, первым делом — мотоциклы, ну а девушки, а девушки — потом! Юморист!

Татьяна сияла, когда рассказывала о сыне, и я подумала о том, что, наверное, так же выгляжу со стороны, когда говорю о своём. Мамы такие мамы.

Мы допивали чай, когда я услышала, как закричал Илья:

— Никита! Никита пришёл! — и затем короткий визг.

Вскоре к беседке подошёл сам Никита с Ильёй на плечах.

— Рад приветствовать вас, дамы! — Никита широко улыбнулся, глядя на нас с Татьяной, задерживая на мне свой взгляд.

— Рад приветствовать вас, дамы! — тут же повторил за ним Илья.

— Говорю же — юморист! — засмеялась Татьяна. — Сынок, ты, наверное, голодный? Пойду, приготовлю тебе что — нибудь на скорою руку!

Не дожидаясь его ответа, Татьяна встала с места.

— Мам, сиди! Я вполне сам могу разогреть себе еду! У нас же гости!

Татьяна махнула рукой:

— Ничего, я быстро! Да и Даша с Ильёй — давно свои!

Вслед за Татьяной, куда — то умчался и сын с Джеком. Никита сел на место, где минуту назад сидела его мать. Повисла неловкая пауза. Внезапно в беседке стало тесно и душно. Он не касался меня, а сидел на приличном расстоянии, но всё равно я ощущала жар его тела и исходившую от него мужскую энергию. Я посмотрела на его губы: они были красивой формы, чётко очерченные, средней полноты. Как, должно быть, девушкам приятно целовать их, промелькнула непрошенная мысль, от которой я сразу же ужаснулась. Внезапно голова моя закружилась, словно я залпом выпила бокал шампанского.

"Да что же со мной такое происходит?!"

Прокашлявшись, я прервала молчание:

— Твоя мама сказала, что ты завтра уезжаешь на сессию?

— Да, остался последний рывок: госы и диплом.

— Понятно. Удачи тебе тогда!

— Спасибо, Даша, — он помолчал и внимательно посмотрел на меня. — Ты знаешь, я буду думать о…

В этот самый момент в беседку с криком и лаем залетели Илья с Джеком. Илюшка был весь раскрасневшийся, возбуждённый, его глаза горели, щёки пылали. Как же сын изменился, с тех пор как в его жизни появились Джек и Никита. Меня не могли не радовать эти изменения. Меня смущало совсем другое…

Как только вернулась Татьяна, я засобиралась домой. Илья недовольно скуксился, но перечить не стал, так как прекрасно знал, что спорить со мной бесполезно. Ещё раз пожелав Никите удачной сдачи сессии, мы уехали.

***

Я зашла домой, и не переодеваясь, как была в блузке и юбке, улеглась на диване в гостиной. Что — то сегодня я особенно устала.

Я потянулась к пульту, и перевернувшись на бок, включила телевизор. Ноги гудели от целого дня на каблуках, и зачем только надела эти дурацкие туфли, знала же, что жмут! Но работе было важное пятничное совещание, поэтому туфли были необходимы. Обычно я каблуки не носила. Я пошевелила затёкшими пальцами. Сделав звук у телевизора громче, я застонала, вставая с дивана. Прошла на кухню, налила себе стакан воды. Июньская жара была невыносима, а впереди ожидался ещё более жаркий июль! Как же хорошо, что везде есть кондиционеры: дома, на работе, в машине, в торговых центрах. Не представляю, как мы раньше без них обходились!

Я снова прошла в гостиную и плюхнулась на диван со стаканом в руках. Сегодня — четвёртый день без Ильи. Сердце сжималось от тоски, когда я думала о своём ребёнке, понимая, что ему — то как раз было хорошо без меня. Илья с восторгом рассказывал мне в телефонных разговорах, как ему нравится в лагере и какие крутые мероприятия с ними там проводят.

Мама Богдана, одноклассника Ильи, и, по — совместительству, его лучшего школьного друга, убедила меня отправить наших детей на две недели в спортивный лагерь, заверив, что лагерь очень надёжный, а директор лагеря — её ближайший родственник. Илья тоже долго меня уговаривал и, в итоге, я сдалась.

Первый вечер без сына в пустом доме казался мне адом, я ревела как ненормальная, а потом поехала в ближайший маркет за красным вином. Никогда ещё я не расставалась с собственным ребёнком так надолго.

"Всё когда — то бывает впервые" — вспомнила я фразу.