Читаем Милая , 18 полностью

Командиры Вольфа доложили: двое бойцов, у которых, кроме ножей, другого оружия не было, напали на отделение немцев, двоих убили, трое бежали, бойцы взяли оружие убитых.

Немцы схватили Рахель Бронскую, когда она перевязывала раненого бойца. Ей удалось выхватить спрятанную под юбкой гранату и бросить в них.

Андрей мне рассказывал, что его бойцы в центральной части гетто сражаются с немцами в каждом доме, в каждой комнате. Заманивают с первого этажа на второй, и так до самой крыши, не переставая забрасывать их бомбами и гранатами, а на крышу те уже не рискуют выйти.

В подразделении Роделя тяжело раненный в бою Шауль Цукерман, старый бундовец, дополз до бункера и отдал свою винтовку брату.

Шимон приказал всячески избегать столкновений с немцами лицом к лицу, атаковать их только с тыла. У нас нет никакого боезапаса. Мы вынуждены занимать такие позиции, чтобы можно было, отступая, заводить врага в тупик, и только там мы бросаем бутылочные бомбы.

Немцам удалось обнаружить несколько бункеров, где прятались штатские лица. Людей увели из гетто. Я слышал, что сегодня на Умшлагплац попал Борис Прессер с семьей.

Что еще сказать? Можно ли и теперь сомневаться в мужестве евреев? Думаю, все мы доказали, что нет, нельзя. Андрей мне признался, что у него подобные мысли возникали в первый день, когда он увидел, как пошли немецкие танки по Заменгоф. Уверен, что последние шесть дней рассеяли его сомнения навсегда. Самопожертвование стало обычным делом. Ни один наш боец не сдался.

Шестая ночь.

До сих пор еще не заменили разбитые нами прожекторы. Немцы приказали ночным патрулям не давать нам спать. Мы их уничтожили.

Наши бойцы кричат в темноте, и немцы стреляют вслепую на голоса, выдавая не только свои позиции, но и свой страх. В донесении с арийской стороны сообщают, что Функ искал среди эсэсовцев добровольцев в ночной патруль, но таких не оказалось. В этом же донесении сказано, что польский народ изумляется нашей борьбе. На кой нам черт их изумление — нам помощь нужна.

Написав эти строки, я вдруг сообразил, что завтра будет уже седьмой день восстания. Так что зря Функ обещал своей бригаде ”Мертвая голова” закончить операцию за четыре дня. Всю неделю мы молились, чтобы выстоять. Господи! Помоги нам!

Седьмой день.