Читаем Милая , 18 полностью

У нас есть два коротковолновых передатчика. Один на Милой, 18 и второй во францисканском бункере. Мы передаем сообщения только в крайних случаях. Нам известно, что по нашим трансляциям немцы пытаются обнаружить месторасположение бункеров, поэтому, выходя на связь, приходится выносить радиоустановки оттуда, менять места — словом, не так это просто. В целях большей безопасности мы разработали целую серию кодов для связи с Армией Людовой, у которой есть радиопункты на арийской стороне. Мы передаем на длинных волнах, они ловятся на обычном приемнике. Сообщаем им по коду, сколько и где выйдет наших людей из канализационных люков. Андрей мне сказал, что Габриэла ведет переговоры с Армией Людовой в надежде найти новые убежища для детей. Она тоже по многу часов в день принимает радиопередачи.

Немцы забили мотками колючей проволоки большую часть люков, через которые можно выйти из гетто. Но канализационная система настолько сложна, что позволяет нам обходить проволоку. Мы создали специальную группу ”Канализационные кроты. Они ныряют под воду и режут проволоку.

Юлий Шлосберг перенес наземную мину в бункер моего сына. Он делал ее дольше, чем предполагал, поскольку Вольф настаивал, чтобы ее можно было взорвать на расстоянии. Он считает, что так можно будет уничтожить наибольшее количество врагов, и хочет сделать это сам. Теперь работа закончена: мина взорвется от искры на расстоянии в сто пятьдесят метров. Настоящий музейный экспонат эта мина — плоская, метра полтора в диаметре. Юлий говорит, у нее мощность бомбы весом в тонну, и в ней так много болтов и гаек, что он назвал ее ”котелок каши”. По-моему, Юлий сравнивает все свои изобретения с едой, потому что он всегда голоден. Одна граната у него — ”длинный штрудл”, другая — ”кнейдлех”, а бутылка с горючей смесью — ”борщ”.

Шимон, Андрей и Вольф спорят о том, куда подложить ”котелок каши”. Вольф хочет — под ворота щеточной фабрики. Он считает, что немцы слишком самоуверенны, чтобы входить туда отдельными группами через боковые входы, они пойдут прямо на мину. Андрей и Шимон, как люди военные, не думают, что немцы уж настолько безмозглые. Все-таки Вольф настоял на своем — мину подложат под ворота. Вольф упрям, как его мама.