Читаем Милая , 18 полностью

Поскольку население резко сократилось, немцы ликвидируют малое гетто в южной части. Как только освобождается место в большом гетто, они заколачивают дома в малом. Через мост над ”польским коридором” ходят модно одетые евреи из Германии, члены Еврейского Совета, Могучей семерки, полицейские и самые богатые спекулянты. В малом гетто осталось только одно крупное предприятие — деревообрабатывающая фабрика. Опустевшее маленькое гетто превратилось в ничейную территорию, где скрываются те, у кого нет кенкарт, боясь попасть на принудительные работы. Там же, в опустевшем гетто, назначают встречи спекулянты, собираются проститутки, которые еще не так отощали, чтобы нельзя было продавать свое тело, ночью орудуют разные банды. Они срывают в квартирах паркеты, двери, перила — все, чем можно топить, и увозят. В большом гетто растет скученность. Люди спят в подвалах, в подъездах, во дворе.

Мы по-прежнему стараемся получить доллары, которые англичане сбрасывают на парашютах, но нам это редко удается, доллары кончаются, а злотый снова упал в цене. Давид Земба придумал такой план. Наши люди в Лондоне переводят деньги Американскому фонду в Швейцарии. У многих спекулянтов накопились злотые, которые им практически не нужны, так как они обесценены. Мы их покупаем за доллары, которые им переводят на личные счета в Швейцарии, и таким образом выгадывая на перепаде курса, можем купить продукты первой необходимости. Мы стараемся не связываться с Могучей семеркой, но ясно, что в эту комбинацию люди Макса Клепермана замешаны. Наши швейцарские деньги мы можем также выменивать у спекулянтов на дома, участки, золото, продукты, лекарства, и это даже удобнее, чем менять на злотые. Давид Земба этим занимается каждый день сутра до вечера. Он уже спас сотни жизней.

В гетто работают три большие фабрики, использующие принудительный труд. Все они принадлежат Францу Кенигу. Одна из них, деревообрабатывающая, как я уже писал, в малом гетто. Вторая — фабрика щеток — в большом гетто. Она снабжает щетками немецкую армию. А о третьей мы узнали кое-что вселяющее хоть и слабую, но все же надежду. На этой фабрике шьют военную форму. Немцы заявляют, что они уже на подступах к Москве, а мы догадываемся об их первом большом поражении, потому что с Восточного фронта поступило более ста тысяч залитых кровью военных мундиров. На фабрике их чистят, чинят, отглаживают и отправляют в Германию для вторичного использования. Сто тысяч выбывших из строя немцев? Добрая весть. 

Александр Брандель