Читаем Михаил Ломоносов полностью

В следующем, 1742 году, Ломоносов поместил в «Примечаниях» свой перевод статьи «Продолжение описания разных машин» (части 15, 16, 41, 42, 43, 44 и 45, 46). Начало этой статьи печаталось в «Примечаниях» 1739 года (части 68–71) как перевод с французского. Но окончание ее, появившееся в 1742 году, подписано буквами «Л» и «К» (Ломоносов и Крафт), из чего следует, что Крафт был автором всей этой статьи, или во всяком случае заключительной ее части. В статье содержатся описания 124 различных машин, от простейшего ворота до самоходной телеги с парусами».

В «Примечаниях» к «Санкт-Петербургским ведомостям» были также напечатаны две оды Ломоносова: на праздник рождения императора Ивана Антоновича (18 августа) и на победу над шведами 23 августа 1741 года (11 сентября). А. В. Западов невысоко оценивает их качество, но делает вывод, что Ломоносов развивает «умение писать стихи на заданную тему».

В мае 1748 г. Канцелярия Академии наук поручила Ломоносову, уже профессору, работать в газете «Санкт-Петербургские ведомости». И за этот «излишний сверх должности его труд» ему собирались выплачивать, кроме жалованья, в награждение по двести рублей в год. А также Канцелярия Академии решила выдавать Ломоносову бесплатно один экземпляр «Санкт-Петербургских ведомостей» и «без задержания» в связи с его работой по проверке переводов для газеты.

Портрет М. В. Ломоносова. Художник Г. К. Преннер

Эта единственная тогда в России газета состояла в основном из переводных заметок из зарубежных газет. Штат газеты был немногочисленным, сотрудники совмещали обязанности редакторов и переводчиков. «А те переводы править и последнюю оных ревизию отправлять и над всем тем, что к тому принадлежит, труд нести г. профессору Ломоносову» – указывалось в решении Академии наук. Российские новости, в основном связанные с императрицей Елизаветой Петровной, появлялись не в каждом номере газеты. Таким образом Ломоносов отвечал за содержание пяти-шести полос газеты из восьми. Последние две полосы традиционно отводились под платные объявления. Профессор А. В. Западов считал, что Ломоносов фактически был редактором газеты в этот период. Несмотря на большую занятость, он ответственно подходил к работе в газете. Увеличилось количество научных сообщений, улучшился язык газеты, стал более простым, доступным.

За выпуск газеты отвечала Академия наук, поэтому на последний просмотр и утверждение каждый номер доставлялся в Канцелярию Академии. «В особой «Инструкции ведомостной экспедиции» определялся порядок работы по составлению «Ведомостей». Отдельным параграфом предписывалось «в писании от всякого умствования и предосудительных экспрессий удерживаться; особливо что к предосуждению России или ее союзников касается, в «Ведомости» не вносить». Перед тем как газета будет «пущена в народ», экземпляры номера должны были доставляться в Канцелярию для последнего просмотра и утверждения». Такое пристальное внимание к газете и двойной контроль нередко создавали конфликтные ситуации. Один из конфликтов описан А. В. Западовым так: «В № 85 газеты за 1749 год было напечатано известие «о пожаловании камер-пажа Ивана Шувалова в камер-юнкеры». Пожалование это было связано с особыми милостями императрицы, оказанными Шувалову, и при дворе посчитали неучтивым именование нового любимца без отчества… Сотрудники газеты были обвинены в «крайней неосторожности и нерадении» и получили «пристойный выговор в Канцелярии». В № 91 заметка была повторена с соблюдением «надлежащей учтивости». Шувалов был назван «господином» и «Иваном Ивановичем».

Переводчик Лебедев и корректор Барсов, отвечавшие за выпуск номера, заявили, что «у многих людей об отчестве его (Шувалова) спрашивали, но никто нам того объявить не мог; чего ради мы, отчества его не зная, так и оставили». Ломоносов же в ответ на обвинение в «недосмотре» ответил… что по инструкции должен рассматривать только один «перевод российский». «А до российских артикулов, – сообщил Ломоносов, – нет мне никакого дела, ибо оные присылают от Канцелярии в Экспедицию, и так, как есть, печатаются. Затем в них я ничего переменять не должен, кроме погрешностей в российском языке, а особливо что в данной мне инструкции предписано от всяких умствований удерживаться…»

Немало иронии сквозит в этих строках. С чувством собственного достоинства и уверенностью в своей правоте Ломоносов отводит претензии академической Канцелярии, которая, ограничив его инициативу инструкцией, пытается сделать редактора переводов ответственным за недосмотр составителей придворной хроники».

В 1751 г., после нескольких столкновений с Канцелярией Академии, Ломоносов подал прошение об увольнении от редакторских обязанностей, мотивируя эту просьбу большой занятостью. 8 марта 1751 г. М. В. Ломоносов обратился в Канцелярию Академии наук с просьбой освободить его от просмотра переводов для «Санкт-Петербургских ведомостей».