Ныряю в ноги Джеку, хватаю его за пятки.„рраз! И он лежит на спине. Два! Прыгаю на него, бью в челюсть (что не оказывает на него почти никакого влияния), а потом начинаю тыкать двумя пальцами, сложенными вместе, туда, куда не догадаются ткнуть еще лет тридцать, не меньше. Как ножом тычу. Правая рука противника сразу «отсыхает» и валится бессильной плетью, глаза Джека вытаращиваются от боли, и я слезаю с него, тяжело дыша и встряхивая уставшие руки. Готово! Считай — ты спекся!

— Нечестная борьба! Нечестный бой! — протестует Джек под ехидный хохот Стива и своего брата — ты подлый русский зверь! Воткнул в меня свои когти! Другой раз я не позволю тебе этого сделать! Вот сейчас отдохну и задам тебе по заднице!

— Отдохни — ухмыляюсь я и киваю Райану — Иди на расправу! Пора задать по заднице вашей маленькой Ирландии! Ишь, разбушевались!

Райан действовал осторожнее. Но пал примерно так же, как и его брат. У огромных людей вроде Салливанов есть своя ахиллесова пята: у организма существует определенный барьер по весу если вес слишком большой, то скорость движения сильно уменьшается. Это объективный процесс — попробуй-ка, сдвинь всю эту мышечную массу! Передай сигнал из мозга на каждую мышцу, да заставь ее отреагировать! Вот тебе и замедление. (Не зря тренера по единоборствам даже запрещают своим ученикам «закачиваться»!) А в бою каждое мгновение на вес золота. Потому у великанов весь расчет на грубую силу, на могучий нокаутирующий удар.

Если посмотреть бои тех же супертяжеловесов — что они делают? Да ходят по рингу, и вяло толкаются! Даже смотреть неинтересно. «Вяло» — это я конечно утрирую, попробуй, попадись под «вялый» удар такого мастодонта — мало не покажется! Но если ты быстр, если ты гарантированно умеешь избежать попадания этого дынеобразного кулака — можно сотворить с этим супертяжем все, что ты захочешь. Например — нанести несколько тычковых ударов в нервные центры и причинить ему мучительную боль. А также подобным образом отключить у него группы мышц, отвечающие за движение рук. И как вишенка на торте — вообще лишить противника сознания.

Главное — не переусердствовать, и не подвергнуть своего спарринг-партнера опасности получить травму, которая негативно отразится на общем его состоянии здоровья. То есть выведет спарринг партнера из строя на длительное время. А то и навсегда.„можно сделать и так. Можно, но не нужно.

Райан почти выключился, и на лице его тоже вдруг возникла тень понимания — пять тысяч баксов хорошие деньги, но уже видно было, что дадутся они не так просто, как это казалось.

Дональд Кук пошел на закуску. Как ни странно, с ним было сложнее всего. Как я всегда и думал — самые эффективные бойцы ММА бывшие борцы. Дональд постоянно пытался захватить меня на бросок или болевой, но при этом еще и внушительно бил, в том числе и ногами — подсечки в джиу-джитсу ничем практически не отличаются от подсечек в дзюдо.

Пришлось тупо давить его ударной техникой, забивая за счет веса и скорости. Все-таки у меня сто кило мышц, костей и жил, и мышцы эти совсем даже не рыхлые! И все «заточены» под единоборства. В конце концов он пропустил несколько сильных ударов в голову и «поплыл», тогда я его и взял на удушение.

— Ну что сказать, парни — подытожил я первое наше занятие — Мне понравилось. Молодцы! Каждый из вас мне дал частичку опыта во время этой тренировки, и теперь я примерно представляю, чего ожидать от боя с Али. Вы тоже постепенно отточите свое умение — я вам покажу, как можно было бы бороться со мной. И мы продолжим.

— А покажешь нам твои тычки? — спросил Стив, оглянувшись на своих соратников — Уж очень это крутая штука, твои эти приемчики!

— Простите, парни… сам не знаю, как так у меня получается — на голубом глазу соврал я — Так что обучить этому не могу. Вы наверное знаете, а если не знаете — напомню: я не помню, кто я такой на самом деле и откуда взялся. Потому некоторые свои умения объяснить не смогу. Как и вот эти… тычки, как ты Стив выражаешься. Ну, все, кто следующий пойдет? Работаем медленно, отрабатываем удары. Стив, давай-ка ты.„ты самый шустрый, вот сейчас на тебе и потренируемся.

Глава 4

Три дня прошли как один день. Каждый день после завтрака — в спортзал. Никакой стрельбы — только мордобой. Беспрерывный, до кругов перед глазами (пропускал удары, чего уж там, я тоже человек…). Хорошо, что я быстро восстанавливаюсь — синяки проходят за считанные часы. Даже не часы, а минуты — полчаса, сорок минут, час — и синяка уже нет.

Нос и уши уберег — спасибо шлему. Но ребята не жалели ни меня, ни себя — работали в полный контакт! Такого у меня не было очень давно, с самой моей молодости, с самой учебки. Тогда было страшнее. Удар берцем по голени может сломать ногу на-раз. И ломали.

Утром тренировка четыре часа, вечером тренировка. А между тренировками, днем — парни отдыхают, набираются сил, а я… я работаю. Диктую книгу — лежа, глядя в потолок. Спасибо Ольге — если бы не она…