Ее танец вокруг меня продолжается не более двух минут. Красивое лицо искажается, заостряется нос и подбородок, поджатые губы превращаются в тонкий разрез. Она выдыхается и понимает, что меня не одолеть. Движения ее становятся резкими, суматошными. Она нападает, делая выпады на выдохе, с болезненными истерическими вскриками, словно женщина, предчувствующая оргазм. Целясь мне в лицо, снова делает длинный неподготовленный выпад. Я отвожу ее клинок, пропуская смерть слева от себя. Женщина теряет равновесие, ее влечет вперед. Делаю шаг в сторону, разгоняю меч вокруг головы и с разворота бью сзади по шее. Мне хочется снести ей голову, как она делала с этими мальчишками. Тут не нужна острота клинка, хватит инерции и массы моего бутафорского оружия. Я не попадаю по шее — практики мало. Она успевает обернуться и меч, с хрустом врубаясь в лицо, входит наискосок выше уха, дробя височные кости. Трещит сломанная челюсть. Сталь проникает в мозг, прерывая сдавленный крик. Она падает. Голые розовые пятки выбивают дробь на паркете. Смерть ее почти мгновенна. Жаль…

Я принес с кухни стул и уселся спиной к полке с аквариумами. Я пил коньяк, смотрел на тело принцессы и ждал. В солнечном луче кружились пылинки. Я ждал долго. Пока трупное окоченение не сковало тело. Принцесса не исчезла. Средиземье не дождалось ее.

Может, надо было отрезать ей голову?

Светлана Прокопчик

РОМАН В СТИЛЕ SMS

Павильон сотовой связи не работал. Валерий потоптался у запертой двери, с сомнением оглянулся на здание супермаркета. Можно заплатить за телефон в кассе, но для этого надо войти в торговую зону. Валерию туда не хотелось: не любил толпу. Особенно в предпраздничные дни.

Поразительно, насколько народ любит праздники — любые, смешивая языческие, христианские и коммунистические. Какая разница? Праздник он и есть праздник.

На завтра планировалось католическое рождество. Каждая вторая покупательница несла индейку. Валерий подумал: «Ведь ни одна из них не знает, где ближайший костел. Хотя зачем им костел, главное — подать на стол индейку. А в этом вопросе наши умелые кулинарки дадут сто очков вперед любому иезуиту».

Отчего-то женщины с индейками расстроили Валерия даже больше, чем закрытый павильон. Ветер бросил ему в лицо горсть крупных влажных снежинок — Валерий зябко поежился. Сел в машину, завел двигатель. Лобовое стекло обрастало мохнатым белым покровом.

Интересно, почему снег белый, а небо во время снегопада — серое? Почему вода прозрачная, а дождевые облака — свинцовые? Ведь каким бы толстым ни было облако, оно несет в себе не так уж много воды. Что такое пятьдесят миллиметров осадков? Всего лишь пять сантиметров.

Валерий вырулил со стоянки, глядя по сторонам — где бы оплатить сотовый? Уличная иллюминация сверкала так, что в блеске огней растворялись вывески и даже рекламные щиты. Через минуту или две Валерию показалось, что он едет не по городу, а по ветке колоссальной новогодней елки. Катится с одной еловой лапы на другую, объезжая, хвоинки и любуясь стеклянными шарами, волшебной мишурой и леденцами в серебряной фольге.

Нужная вывеска появилась внезапно, Валерий едва успел затормозить. Вышел, плотно запахнув куртку, и направился к хлипкому зданию.

Как ни странно, в павильоне было пусто. Лишь Снегурочка в нескромном наряде скучала подле витрин, да Дед Мороз за кассой разгадывал кроссворд. Валерий заполнил бланк, отдал Деду.

Рядом возникла Снегурочка с яркой коробкой.

— Сегодня первому и последнему посетителю — подарок, — прожурчала она. — Первому и последнему, только сегодня мы дарим исполнение мечты.

«Мечтой» оказался мобильный телефон в стильном черном корпусе.

— Новая марка… не нуждается в подзарядке… вечные батареи… изобретение советских ученых, проданное КГБ на Запад… австрийская сборка… титановый корпус… сим-карта в комплекте… самый выгодный тариф…

Голос Снегурочки завораживал. Валерий поддался и, словно во сне, протянул паспорт. Через три минуты он снова был на улице — с коробкой под мышкой.

«Зачем мне еще один телефон? думал он по дороге домой. — Ишь ты, «мечта». Может, я о другом мечтаю. Батарейки, видите ли, вечные. Хорошо, если на год их хватит. Впрочем, за год и модель устареет морально. Эх, реклама… Наверное, акция рассчитана на молодых, которым лишь бы самое, модное. Просчитались ребята со мной, я не привык менять вещи так быстро… А подарю-ка я его Диане!»

Диана, подруга последних трех лет, встречала дома. С порога Валерий потянул носом, учуяв аппетитный запах.

— Индейка, — подсказала Диана. — Сегодня же канун католического Рождества.

Она трещала без умолку, повествуя в красках, как стояла в очереди и выбирала самую лучшую индейку… Валерий молча подал ей коробку.

— Ой! — обрадовалась Диана. — Какая прелесть! А что за фирма? Я о такой не слышала… — Она нахмурилась, словно Валерий ей гадость принес.

Он объяснил, что нарвался на рекламную акцию. Диана вертела в руках аппарат, и Валерий видел: вещь мужская.

Диане она совершенно не идет. Но подруга, проверив набор функций, пришла в восторг.