Читаем Мифы Дальнего Востока полностью

Во льду делали прорубь, фигурки духов расставляли вокруг, после чего каждый из участников моления брал из охомы по кусочку ритуальной пищи и бросал в воду. Старейшина рода произносил молитву: «Тэму, помоги. Пусть этой зимой рыба хорошо ловится. Пусть все мы будем здоровы: и наши жены, и наши дети. Пусть будет у нас достаточно пищи». Молитва произносилась дважды. Первый раз она была обращена к простым тэму, второй — к главному.

Затем в охому клали кусок амурского льда, который должен был символизировать рыбу, собирали фигурки духов, после чего участники ритуала возвращались домой. К их возвращению гасили огонь, чтобы в доме было темно и женщины не могли увидеть принесенный с Амура лед, — считалось, что в противном случае в течение всего года не будет удачи в рыболовном промысле. В темноте украшали заранее приготовленными священными стружками фигурки духов, себя, детей, а когда лед в охоме полностью таял, зажигали свет и приступали к общей трапезе вместе с соседями. Ели из охомы особыми, специально изготовленными для этого ложками, которые потом выбрасывались.

Если сезон зимней рыбалки начинался неудачно, в середине зимы в честь тэму устраивали еще одно моление. Причем в этом случае пытались вызвать у тэму жалость, для чего в воду вместе с жертвенной пищей бросали всякий мусор и говорили: «Мы так обеднели, что вынуждены питаться мусором».

Повторяющиеся неудачи в промысле ульчи объясняли тем, что кто-то нарушил закон бережного отношения к водным обитателям и тем самым разгневал тэму.

Однажды и в море, и в амурских водах исчезла вся рыба. Изо дня в день рыбаки возвращались домой без улова. Начали люди голодать. Осенью отправились семеро рыбаков на морской промысел в надежде хоть что-нибудь добыть, но не поймали ни одной даже самой мелкой рыбешки. Вдруг опустился на воду туман, поднялся сильный ветер — и лодку с рыбаками унесло в открытое море.

Полмесяца носило их по волнам. Съестные припасы закончились, шестеро рыбаков, один за другим, умерли с голоду. Остался в лодке один, последний. Наконец прибило его к незнакомому берегу.

Сошел рыбак на землю, отправился людей искать. Долго шел, но не встретил ни одного человека, не увидел ни одного селения и только уже поздним вечером заметил на вершине скалы одинокий домик. В окошке виднелся свет, над крышей вился дымок.

Деревня ульчи. 1861 г.

E. G. Ravenstein. The Russians on the Amur, 1861

Поднялся рыбак на скалу, зашел в дом. Видит — сидят у огня седые старик и старуха. В доме тепло, над огнем висит большой котел, и в нем кипит вода. Остановился рыбак у двери, поздоровался с хозяевами. Старик говорит: «Садись, сынок. Ты, наверное, голодный?» Отвечает рыбак: «Голодный. А шестеро моих товарищей от голода умерли». Говорит старуха: «Сейчас мы тебя накормим», а сама протягивает старику рыболовный крючок. Запустил старик крючок в котел, вытянул большую вареную рыбу. «Ешь, — говорит, — сынок, не стесняйся». Съел парень рыбу, а старик вытянул из котла вторую, потом третью. Наелся рыбак до отвала. Смотрит — огонь погас, а вместо котла образовалось прямо посреди дома большое озеро и плавает там разная рыба: и летняя кета, и осенняя горбуша.

Удивился рыбак, а старик говорит: «Мы с моей старухой — хозяева воды и всего, что в ней водится, — посылаем рыбу навстречу рыбакам, чтобы вам, людям, было чем кормиться. Да только в последнее время стали вы ловить рыбы больше, чем можете съесть. Много рыбы из-за этого испортилось, много рыб вы понапрасну загубили. Вот мы и перестали вам рыбу посылать, поэтому приходится вам голодать. Когда вернешься домой, объясни это своим родичам и односельчанам». Говорит парень: «Объясню непременно. Только как мне домой вернуться?»

Снял старик с полки деревянную охому и сказал: «Вот на этой посудине быстро до дома доберешься». Испугался парень: как на охоме море переплыть? А старик говорит: «Не бойся. Я буду следить, чтобы ты благополучно до дома добрался».

Тут стала охома величиной с лодку. Сел в нее парень, старик хлопнул по ее боку ладонью — и охому подхватило большой волной, понесло по морю. Утром солнце взошло за ее кормой, вечером ушло за горизонт перед носом. Достиг рыбак родного селения.

Выбежали ему навстречу родичи и односельчане, обрадовались: они ведь считали его погибшим. Рассказал парень обо всем, что с ним случилось, и о том, что велел передать им хозяин воды.

Жители селения наготовили много жертвенной пищи, отнесли на берег Амура, опустили в воду. Потом попросили у Тэму-эдени прощения и поклялись никогда больше не губить рыбу понапрасну. Клятву свою они держали крепко, и хозяева воды всегда посылали им хороший улов.

Целый ряд божеств и духов-хозяев был связан тайгой и охотничьим промыслом. Покровителем охотников считался и сам творец мира Ундё (Хадау). Ему совершали благодарственное моление, когда мальчик-подросток становился охотником и добывал своего первого соболя.