Читаем Мифы Дальнего Востока полностью

Героиней сказок разных народов очень часто становится лиса. С мифологической точки зрения она символизирует переходное состояние: конец лета и начало зимы, границу между двумя мирами. Не случайно во многих сказках и мифологических рассказах герой попадает в иной мир через лисью нору. По некоторым сведениям, уйльта среди прочих духов почитали и Сюл Эндур — духа-лисицу. Хитрая бездельница лиса обычно выступает как отрицательный персонаж, но невольно вызывает восхищение своей находчивостью и умением благополучно выходить из самых сложных ситуаций.

Повадилась лиса таскать птенцов у разных птиц. Однажды подкрадывалась она к гнезду цапли, но дедушка-цапля был настороже. Схватил он лису своими когтями, перенес на маленький островок посреди моря и сказал: «Живи теперь здесь до конца своих дней». А сам улетел. Села лиса у самой воды и заплакала: «Сиё-сиё! Жила я на отцовской-материнской земле! Сиё-сиё! Утащил меня дедушка-цапля на далекий остров!»

Высунула из воды голову нерпа, спрашивает: «Эй, лиса, почему плачешь?» — «Разве я плачу? Это я так пою». Нырнула нерпа обратно в воду, а лиса призадумалась. Потом стала звать: «Эй, нерпа, покажись! У меня к тебе вопрос есть». Та вынырнула, а лиса спрашивает: «Скажи, много ли у тебя родни?» — «Уж побольше, чем у тебя!» Говорит лиса: «Быть того не может. Давай я позову своих родственников, а ты — своих, и мы посчитаем, у кого родни больше». — «Ладно, зови свою родню».

Скрылась нерпа в волнах, а лиса стала по острову туда-сюда бегать, на земле следы свои оставлять. Тут приплыла нерпа, а с нею нерп видимо-невидимо. Спрашивает нерпа: «Где же твоя родня?» Отвечает лиса: «Вы бы еще дольше собирались! Мои родственники вас ждали-ждали — вон сколько следов оставили, — не дождались и ушли. Но, раз уж вы здесь, давайте я вас посчитаю. Только встаньте друг за другом, чтобы удобней было считать». Выстроились нерпы одна за другой, протянулась их вереница до самого берега. Прыгнула лиса на спину первой нерпы, говорит: «Раз!» Прыгнула на спину второй, говорит: «Два!» И дальше поскакала: «Раз-два, раз-два!» Так и выскочила на берег. Нерпа кричит: «Ну что, сколько нас?» А лиса отвечает: «Откуда ж я знаю? Я только до двух умею считать!» Взмахнула хвостом и убежала.

Духа-хозяина водной стихии уйльта называли Тэому. Он представлялся в образе длиннобородого старика. Вместе со своей женой, хозяйкой моря, Тэому обитает на морской глубине, но временами поднимается на поверхность, и люди видят его сидящим в лодке. Также он мог являться в облике косатки, а его жена — в облике нерпы.

К Тэому попадали утопленники, но только те, тела которых не были найдены. Чтобы отыскать утонувшего человека, родственники выходили на берег и звали его по имени. Но даже если тело находилось, водяные духи могли попытаться забрать утонувшего к себе. Чтобы этого не случилось, соблюдались особые правила: покойника не вносили в дом, а оставляли снаружи, укрывали его шкурами домашних оленей, вокруг разводили костры и несколько вооруженных людей охраняли тело до момента погребения.

Водяным духам приносили в жертву табак, растительную пищу и мясо лесных зверей, причем особенно угодным им подношением считались олени. Приносить им в жертву рыбу или мясо морских животных запрещалось, поскольку они и так принадлежат Тэому.

В одной из быличек рассказывается, как двое охотников отправились на нерпичий промысел, но их лодку унесло в открытое море — и они попали в гости к хозяину и хозяйке моря. Те помогли им благополучно вернуться домой, потребовав за это, чтобы охотники принесли им в дар двух оленей — белого и пестрого. Один из охотников, как и договаривались, принес в жертву белого оленя, а второй, не сумев найти пестрого, заменил его черным. Первый охотник благополучно дожил до глубокой старости, а второй через несколько лет умер.

Жил на берегу реки один старик, рыбу ловил. И был у него ручной медведь. Старик его вырастил, выкормил, был тот медведь ему вместо сына и всегда ходил вместе с ним на рыбалку.

Однажды вечером ставил старик сети и вдруг увидел на берегу в излучине реки пеструю нерпу. Говорит медведю: «Ты лодку карауль, а я пойду нерпу добывать. Сошью из ее пестрой шкуры себе одежду».

Взял старик тяжелую палку и стал подкрадываться к нерпе. Подкрался на расстояние одного ремня, оглушил ее ударом палки, схватил за ласты. Да только нерпа стала вырываться. Барахтаются они на песке, но старик думает: «Ни за что не отпущу!» А нерпа все ближе и ближе к реке и затащила старика в воду, утянула на самое дно.

Очнулся старик в хорошем доме. Светло, тепло, огонь горит, красивые чашки стоят, шкуры висят. А двери в том доме нет. Думает: «Куда же это я попал?» И тут увидел пеструю нерпу. Говорит нерпа: «Ты меня убить хотел. Зачем?» Удивился старик, что зверь человеческим голосом разговаривает, и спрашивает: «Ты нерпа или человек?» А нерпа отвечает: «Я владычица моря!» Испугался старик, подумал: «Вот беда-то! Чуть владычицу моря не убил!» А нерпа говорит: «Так уж и быть, отпущу тебя домой, если ты отдашь мне своего медведя».