Читаем Мятежный талант полностью

Сам писатель, внимательно вглядываясь в жизнь, упорно искал своего положительного героя. Он с глубоким сочувствием рисует людей большого мужества и стойкости, несгибаемых в борьбе со злом, наделенных сильным характером. Такой образ создан в рассказе "Яшка" (написан в 1880 г.). Заглавный герой рассказа - бунтарь из крестьян, в одиночку выступивший как бесстрашный обличитель властей, полиции, судопроизводства. Со слепой яростью в сердце Яшка громко и дерзко разоблачает всех, кто творит беззаконие, кто глумится над людьми. Посаженный в тюрьму, Яшка продолжает неистово обличать надзирателей, администрацию, своих насильников и душителей. Его истязают, нещадно бьют, сажают в карцер, а он никого и ничего не боится, готов принять мученическую смерть, без колебаний идет на самопожертвование, веря в возможность победы справедливости и правды на земле. В личности и характере этого крестьянина-протестанта, в пафосе его обличительных слов, в его действиях и в его нравственном облике выявляется бунтарская душа народа, рвущегося к свободе, хотя сам этот бунт, одинокий и слегка окрашенный в религиозные тона, не имеет четкой перспективы.

Приблизительно в одно время с рассказом о мятежном мужике Короленко написал рассказ "Чудная", напечатанный, однако, лишь в дни подъема первой русской революции (1905). В рассказе нарисован образ активной и мужественной русской революционерки, страстно исповедующей народовольческие идеи. Морозова наделена в рассказе высокими моральными, духовными качествами, романтически возвышена, показана в ореоле ее подвижнической жизни и трагизме ее ранней смерти. Ее сознательная жизнь - героическое горение, борьба, одержимость святой ненавистью к деспотизму и произволу, синонимом которых для нее является самодержавие и его слуги, вольные или невольные. И она, подобно крестьянину Яшке, готова лучше умереть, чем смириться с насилием, гнетом над страной, тиранией царизма. Она, не боясь смерти, до последнего вздоха остается верной своим убеждениям революционерки, бесстрашной и несгибаемой. Это о ней метко и справедливо говорит в рассказе один из ее соратников по революционному подполью: таких, как Морозова, можно сломать, а согнуть нельзя - "не гнутся этакие".

Но в Морозовой, в складе ее характера, в ее взглядах, убеждениях и методах подпольной революционной работы явно проступает нечто такое, что подлежит осуждению и осуждается в рассказе Короленко. Это - отрыв от народа и "боярское" высокомерие интеллигента в отношении к народной массе, забитой и покорно переносящей свою рабскую долю, скептицизм и неверие в то, что народ пойдет за революционной интеллигенцией в ее поединке с царской монархией. Спасение народа и России - в единении революционеров с народом, интеллигенции с крестьянством. Эта мысль пронизывает поэтичный рассказ Короленко. Писатель был далек от народнической идеализации патриархальных форм крестьянского быта и жизни, хотя все еще продолжал верить в жизненность сельской общины, и в то же время он осуждал в "Чудной", как и в первом своем рассказе, "сектантскую" позицию и террористическую тактику народовольцев.

В период, когда Россия после мартовских событий 1881 года была ввергнута в состояние духовного оцепенения вследствие наступившей общественной и политической реакции, а интеллигенция была охвачена настроениями апатии, тоски и уныния, Короленко создавал одно за другим произведения жизнеутверждающие, светлые по тону, оптимистичные. В большинстве из них разрабатывалась сибирская тематика, в центре повествования ставились типы бродяг, ссыльных, бывших каторжан. Короленко в этом случае продолжал традиции своих предшественников - Ф.Достоевского с его "Мертвым домом", С.Максимова, Н.Наумова, Н.Златовратского - и предвосхищал чеховскую прозу о каторге и ссылке ("Остров Сахалин"), книги П.Якубовича-Мельшина, Вас.Немировича-Данченко, В.Тана-Богораза, Максима Горького, А.Куприна и других писателей.

Короленковские рассказы и очерки о сибирских бродягах и ссыльных - в высокой степени гуманные произведения. В рассказе "Искушение", где описаны переживания и быт заключенных, Короленко говорит: "И еще раз я повторю себе старую истину, что люди - всюду люди, даже и за стенами военно-каторжной тюрьмы". Человечен бывший уголовный преступник Силин - герой рассказа "Убивец" (1882), стремящийся к праведной и свободной жизни. Рассказ "Соколинец" (1885) насквозь пронизан пафосом свободолюбия, ощущением красоты, радости и величия "раздолья и простора, моря, тайги и степи". От героя рассказа веет "поэзией вольной волюшки": жажда свободы в нем так неистребима и сильна, что он, рискуя жизнью, совершает вместе с товарищами дерзкий по замыслу побег из заточения, с сахалинской каторги. Короленко создал в "Соколинце" романтизированный образ бродяги. Нищие, воры и бродяги в сочувственном авторском освещении предстают в повести "В дурном обществе" (1885), вариантом которой являются популярные "Дети подземелья". Особенно колоритна фигура философствующего бродяги пана Тыбурция.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное