Читаем Мятеж воина полностью

Вышедший навстречу в традиционных одеждах чиновник начал неторопливо зачитывать историю "бессмертного подвига": "Новая стратегия Великого Дома… блестяще организованная коммодором Грамеаном оперативная разведка и его сотрудничество с имперской службой безопасности… получение высокоточных разведданных… дальновидность и военный талант командиров Найрамдала и Уээии… упорство и мужество штурмового отряда премьер-лейтенанта Дэмлина… выдержка, твердость, целеустремленность лейтенанта Эвинда, проявленные им в условиях чрезвычайного положения…"

Ни слова об отложенных на неопределенный срок приговорах, висящих над Эвиндом и коммодором. Ни единого упоминания имени Дона Аньо. А ведь, по правде, приемный сын раанского клана должен был бы стоять рядом с остальными отличившимися или, по крайней мере, должен был быть назван, если смерть или ранения помешали ему присутствовать на церемонии лично.

Под яростные звуки фанфар по лазорево-черным проходам понесли награды не достигшие совершеннолетия дети: символ чистоты помыслов и беспристрастности, с которой Родина героев, Империя, вручает своим сыновьям знаки высокого достоинства.

На проплывающих вдоль зала подушках лежали Имперский крест, два созвездия Пегаса, одно – Дракона… и ажурный сверкающий шнур: Золотая цепь Империи. Эвинд не мог понять, кому она предназначается. Золотая цепь не приравнивалась ни к орденам, ни к медалям – собственно, она вообще не входила в список официальных знаков отличия. Это был слмвол милости Императора, его личный, особый дар.

Светловолосая девочка в длинном белом платье остановилась перед Эвиндом и, подняв точеные руки, прикрепила тяжелый, словно сделанный из настоящего золота, шнур к его левому плечу.

Воздух впереди чуть заметно задрожал, как от столба активированной стереосвязи. Изображения не было, но невозможно было не узнать волну поистине галактической мощи, которая могла исходить только от Императора. Показалось это награжденным, было запланированным спецэффектом или случилось на самом деле?

Зал всколыхнулся, горя ликованием сродни священному безумию.

– Слава Империи! Слава Империи! Слава Великому Дому!

Эвинд снова вспомнил высокую фигуру со звездами, застрявшими в густых темных волосах, неясный шепот коснулся его слуха: "Не важно, что провозглашает толпа Империя. Только Император есть знание и конечная истина".

Улизнуть с празднования оказалось невозможно – Эвинда обступили гораздо теснее, чем прочих виновников торжества. Как неоднократно провозглашали в зале, Тьерсианская победа знаменовала новую – победоносную – стадию войны с "проклятыми раанами". Эвинд неловким извинением избавился наконец от желающих узнать, как ему удалось из рядовых выпрыгнуть сразу в офицеры, и в самом раздерганном состоянии духа укрылся от чужих глаз в нижнем баре Интеркомплекса.

Обширный зал был темен, как раанская пещера, только изредка красноватый луч пробегал по липам гостей; музыка играла достаточно громко, чтобы можно было слышать разговоры только за своим столом – идеальное место для уединения среди толпы. Бармен – белые рукава рубашки, единственно видимые в темноте, наполнил стакан Эвинда. Но лейтенант не успел толком осушить его, как две крепкие руки легли ему на плечи.

– Командир? – проворчал слева Ал Дэрк.

– Мо-о-й лейтена-а-нт? – пропел справа до безумия знакомый голос с лейрианским акцентом.

– Дэрк? Ллеаа? – В очередной вспышке света Эвинд убедился, что это действительно его пилоты. – Как вы сюда попали?

– Для поощрения в виде вознаграждения! – фыркнул Дэрк. – Нет, правда, мы получили приглашение на чествование своего командира. И, кстати, явились тоже вроде как с наградами…

– С на-а-шивками за ра-а-нение, – пояснила Ллеаа, – и по-о-вышением жалованья по-о это-о-му случаю.

– Погоди, Ллеаа! Как тебе вообще удалось уцелеть? Мы были уверены, что ты погибла!

Лейри пожала плечами.

– По-о-гибнуть глупо. То-о-нкий расчет. Вращение катера бро-о-сает торпеду вперед, истребитель уухо-о-дит с направления взрыва. Обгорела только обшивка катера, но-о я еще сражалась. В ко-о-нце меня подо-о-брали спасатели с "Ао".

– С "Дня возмездия", она хочет сказать, – поддел Дэрк.

Ллеаа флегматично пожала плечами:

– Лейри-и-анский ли-и-нкор должен иметь лей-ри-и-анское на-а-звание.

– Кажется, не все в Астрофлоте с тобой согласны. – хмыкнул Дэрк и, обняв Эвинда за плечо, заговорщическим шепотом спросил: – Слушай, командир, ты тут самый осведомленный. Я насчет этой стратегии Императора, о которой все кричат. Правда, что нашелся способ извести крокодилов раз и навсегда?

Эвинд допил свой стакан и подставил его бармену под новую порцию.

– Так правда или нет? – настаивал Дэрк. – Ну, если правда!… После того, что мы сделали на Тьерс, после того, как доказали, что можем бить этих тварей и они будут наконец дохнуть от наших ударов… Теперь нас уже не остановишь. Теперь война начинается заново, – только война до победного, и никак иначе!

– Вернее, война на истребление, так точнее, – перебил холодный ровный голос.

– Это еще кто? – поинтересовался Дэрк, подозрительно глядя в темноту.