Читаем Мятеж Безликих полностью

– А чего тут решать? Мы тут надежно заперты и не стоит даже трепыхаться. – Зло сказал Радим. – Колдун нас просто так не отпустит. На то он и колдун. Вспомни ту черную комнату. Ты думаешь нас в этот книжный гадючник перевели. И теперь все хорошо. Ты ошибаешься. Он небось за нами сейчас в какую-нибудь замочную скважину подглядывает, и когда ты попробуешь вырваться, он то тебе тут же по башке и двинет, чтобы неповадно было.

– Как думаете, зачем мы этому колдуну понадобились? – робко спросил Дамир и криво улыбнулся.

– Сначала он тебя сварит, чтобы мясо и кожа легко от костей отошли. Мясо он конечно съест, кожу натянет на стену, как ковер. А твой череп поставит на полку в свою коллекцию человеческих черепов. – Зло сказал Радим и дико рассмеялся.

Дамир от страха съежился и заплакал. Тыльной стороной руки он принялся растирать слезы по лицу, пытаясь успокоиться. Но вместо этого плакал только больше.

– Зачем ты его пугаешь, – укоризненно посмотрел на Радима Старх. – Мы выберемся отсюда. Обязательно выберемся.

– И как ты намерен это сделать? – ехидно спросил Радим.

Старх подошел к ближайшему книжному шкафу, ощупал его руками, достал несколько книг в твердых кожаных переплетах (после слов Радима ему показалось, что переплеты сделаны из человеческой кожи), рассеянно пролистал их, изредка останавливаясь на той или иной странице и вчитываясь в текст. Книга была написана кириллицей, только вот буквы складывались в полную абракадабру. Старх вернул книгу на полку и задумался. Сказать «мы вырвемся отсюда» куда проще, чем сделать. Они находились в комнате, лишенной окон и дверей, только книжные стеллажи скрывали стены, да стрельчатое окно, за которым клубился багровым туман. Но ведь должен быть выход из комнаты, ведь они сюда как-то попали. Старх обошел комнату вдоль стеллажей, осматривая каждую щель, каждую трещину, но ничего не увидел. Все это время за ним внимательно наблюдали мальчики: Дамир с затаённой надеждой, Радим с дикой злостью.

Старх остановился возле письменного стола, сел на него и задумался. Он перебирал в памяти заклинания, известные ему, пытался подобрать что-нибудь особенное, что обязательно сработает. Как жаль, что он еще так мало знает. Барон наверняка бы легко выбрался из этой ловушки.

Наконец он решился, соскочил с крышки стола, широко расставил ноги, уперся руками в бока, запрокинул голову, словно собрался петь. Старх оживил в памяти заклинание «Пражский Великан» и выплеснул его на книжные стеллажи. Некоторое время ничего не происходило. Мальчишки не могли взять в толк, зачем Старх так дурачится, кривляется и руками размахивает, словно ветряная мельница. Но вдруг книжные стеллажи заходили ходуном, разбрасывая вокруг себя книги. Словно бумажные птицы, размахивая крыльями-страницами, книги слетели со стеллажей и закружились в воздухе, образуя причудливый хоровод. Книги резко взмыли вверх, ударились об потолок, и словно подбитые птицы обрушились к полу, складываясь друг на друга, словно кирпичики в кирпичную стену. На глазах изумленных мальчишек из книжек выстроилась высокая фигура, отдаленно напоминающая человеческую. Голова книжного великана состояла из пухлых томов Тита Ливия, Плутарха, Геродота и Геростратига. Из веера хрустящих страниц выглянуло сморщенное лицо сердитого старика.

– Разрушь эту стену! – приказал Старх. – Освободи нас!

Книжный старик захлопал глазами, довольно крякнул (или мальчикам это только показалось) и набросился на стену, прикрытую опустошенным книжным стеллажом, словно дырявым разбитым щитом. В одно мгновение от него ничего не осталось. Разлетевшись в мелкую труху, книжный стеллаж превратился в облако, зависшее под потолком. Книжный старик застыл перед голой стеной, покрытой тонкими коричневыми обоями. Он сжал пухлые кулаки, труды по алхимии Борчера и философские изыскания Каспера Илия, и со всей силы саданул ими об стену. Книги рассыпались в прах, но стена выстояла.

В этот момент Старх понял всю глупость своей задумки, как книги могут разрушить каменную стену. Надо было создавать «Пражского великана» из более прочного материала, но повсюду были лишь книги. Хотелось завыть от отчаянья, да шандарахнуть огненными шарами по стенам. Только огонь воспламенит книги и внутри их клетки начнется пожар.

Надо что-то сочно предпринять. Иначе все закончится пшиком. Они не вырвутся из своей клетки. Старх из обрывков знакомых ему заклинаний сконструировал новое и применил его к книжному старику. Он облил его с ног до головы «Вечной мерзлотой». Книжный старик замахнулся и вновь ударил. Его окаменевшие кулаки оставили глубокие следы в стене, и в то же мгновение стена вспыхнула пламенем. Книжный старик не успел укрыться. Пламя объяло его, мерзлота стаяла, страницы вспыхнули, и он опал на пол горсткой пепла. Стена тут же остыла. Только глубокая вмятина и порванные обои напоминали о бушевавшем здесь сражении.

– Ничего. В первый раз не получилось. Получится в другой. Теперь мы знаем, что на стену наложено охранное заклятье. – Пробормотал Старх.

– Другого раза не будет. – Прозвучали приговором слова Радима.