Читаем Мятеж Безликих полностью

Наигравшись, Шляпник покинул его тело. Радим лежал скомканным, поломанным, но довольным. Шляпник вновь материализовался и уже осматривался, чем бы еще поживиться. Старх знал, что теперь его черед, и вот тут страх наконец-то его накрыл. Пелена безучастности спала, и он вдруг остро почувствовал, что сейчас ему будет очень больно, так как никогда еще не было. И от этой мысли все оцепенение в миг слетело. Он резво вскочил на ноги и бросился к тому месту, где в черноте открывалась дверь. Старх и сам не знал, что его гнало вперед. Дверь отворил Шляпник и теперь она закрыта, вряд ли он сможет ее взломать, но Старх со всего разбегу влепился в дверь, и в ту же секунду произошли два события. Чернота внезапно исчезла, уступив место яркому свету, словно они провалились на солнцепек. И Шляпник вновь превратившись в чернильную кляксу ударил ему в спину. Старха отбросило от стены. Он шмякнулся на спину и выгнулся дугой, пытаясь выбросить из себя чужеродный организм.

Лавина резкой одуряющей боли накрыла его, и он перестал что либо чувствовать. Сознание тут же покинуло его.

Когда Старх очнулся, первое что он почувствовал, это страшную ломоту во всем теле, словно он всю предыдущую ночь разгружал железнодорожные вагоны. Старх открыл глаза и обнаружил, что лежит на мягком ковре в просторной комнате с высокими лепными потолками. Он попытался подняться, но тело отказалось его слушаться. Некоторое время он лежал, привыкая к себе. Потом повторил попытку.

Старх медленно сел и осмотрелся по сторонам. Он находился на полу библиотеки, заставленной высоченными книжными стеллажами со стеклянными дверцами. Возле длинного стрельчатого окна стоял дубовый письменный стол, на нем возвышалась лампа с большим круглым шаром, заполненным светящимся газом приятного зеленого цвета. Напротив письменного стола находились деревянные стулья, пара мягких удобных кресел и большой диван с валиками подушек, на котором лежал тихонько скуля во сне Дамир.

Старх спросонья потер лицо руками, словно умываясь, потянулся, отчаянно зевнув, и медленно обернулся, продолжая осмотр. От неожиданности он громко вскрикнул, разбудив Дамира. За его спиной стоял Радим, смотря прямо ему в глаза злым пронизывающим насквозь взглядом. Как он подкрался к нему и зачем?

– Тихо ты, чего раскричался, – произнес Радим, обогнул Старха, подошел к креслу и плюхнулся в него.

– Ты чего словно тать подкрадываешься? – спросил напуганный Старх.

– И ничего я к тебе не подкрадываюсь, больно надо. Очнулся я, вот и решил перебраться в более удобное место, – разыграл обиженную невинность Радим.

Только Старх почему-то ему не верил. Радим хотел его напугать, что ж у него это получилось.

– Ну чего допрыгались, мужики? – зло спросил Радим и пристально уставился на Дамира.

От его взгляда Дамир съежился и попытался поглубже вжаться в диван. Попытка не удалась.

– А это все ты, гнида бесхребетная, чего ты нас сюда привел? Тебя что этот Шляпник заставил людей к нему на обеденный стол таскать? За это он тебя пожалел? За это жизнь оставил? А теперь ты нашими жизнями за свою никчемную шкуру расплачиваешься?

Каждое слово Радима больно жалило Дамира. Он кривился, по лицу текли слезы, а уши залила краска.

– Оставь его в покое! Он тут ни при чем! – резко сказал Старх.

– А кто причем? Он нас сюда приволок!

– А чего ты за нами тащился? Тебя что насильно вели? Сам пошел! Так что нечего на других пенять! – сказал как отрезал Старх.

Радим улыбнулся, схватился руками за голову и завыл, качаясь в кресле из стороны в сторону, точно маятник.

Старх не ожидал от него такого и растерялся. Дамир тоже прекратил плакать и настороженно уставился на приятеля.

Радим внезапно замер, поднял голову, не отнимая от нее рук, и зловеще посмотрел на Старха.

– Добреньким хочешь остаться. Чистеньким. Слабого пожалел, заступился, а я такая тля его тут гноблю да пригибаю. А что если этот твой слабенький на убой тебя привел. Как агнца невинного. Ты ему доверяешь, а он тебя прямо на вертел хозяину. А? Зачем он тебе о Шляпнике этом сказал? Зачем привел сюда?

– На колдуна посмотреть. – Неуверенно произнес Старх.

– И чего? Посмотрел? Понравилось? – с издевкой в голосе спросил Радим.

Старх сердито насупил брови, как бывало когда его отец несправедливо за что-то обвинял, да уже ремень снимал, чтобы отутюжить как следует в наказание.

– Ты, это, кончай волну гнать. Мы в одной лодке. Зачем качаешь ее из стороны в сторону? Хочешь чтобы все затонули?

– Ребятушки, – заскулил обретший дар речи Дамир, – я ни сном ни духом, ничего не знал. Думал колдун тут живет, глянем из любопытства одним глазом, попугаемся.

– Попугались, спасибо. – Спокойно ответил Старх. – Теперь только осталось решить, как мы отсюда выбираться будем.