Читаем Мятеж Безликих полностью

Стопкинпалыч не привык к тому, чтобы ему так дерзко в глаза смотрели. Нахальные ученики встречались, наглые тоже, но он с них быстро и нахальность и наглость сбивал. Завалить «двояками» и замечаниями, поспрашивать пару месяцев подряд на каждом уроке, пересадить на первую парту, чтобы не скрылся от справедливого возмездия, оставить раз десять после уроков на штрафные часы, и вот уже непререкаемое послушание завоевано. Хотел было он и Старха окоротить, только вот посмотрел ему в глаза, и замер. Было в этом хрупком мальчонке что-то стальное, несгибаемое, и Стопкинпалыч в первый раз на памяти учеников отступил, вернулся к карте и продолжил урок, словно ничего не случилось.

– Силен, мужик, – уважительно в спину сказал Радим.

Старх не шевельнулся и не ответил.

По окончании урока Стопкинпалыч поспешил свернуть карту и, взяв учебники под мышку, ретировался из класса.

В тот же момент класс взорвался. Мальчишки и девчонки бросились на разные голоса обсуждать произошедшее, выпустив из виду виновника публичного поражения Стопкинпалыча.

Улицу заливало по-осеннему яркое солнце. В Невской Александрии так редко случались солнечные дни, что казалось даже камни мостовой, кирпичные и деревянные дома радуются солнечным лучам. Лениво подставляют бока теплу многочисленные мосты и памятники, засиженные сыростью и голубями. Раскачиваются в такт солнечным лучам деревья и решетки парков и садов, скверов и улиц. Все радуется редкому гостю в этих краях. Даже ребятня носится по улицам, играя в «казаков-разбойников», «войнушку», «чижа», «штандер», «салочки» и «городки».

Никто не обращал на трех мальчишек, сворачивающих с шумной солнечной улицы в тесный мрачный переулок. Мальчишки о чем-то увлеченно разговаривали, забросив ранцы на плечи.

– А чего это Стопкинпалыч отступил? – вопрошал Дамир. – Никогда с ним такого не случалось. Может он заболел чем-то заразным. Как бы не подхватить.

– Да брось ты, у него просто недопой накануне случился, вот он головой и страдает. А по плохой голове ни до чего дела нет. – Высказал версию Радим, взъерошив рукой непослушные белобрысые волосы. – А ты как думаешь?

Старх почувствовал, что обращаются к нему. Он знал почему Стопкинпалыч отступил, только вот сомневался в том, что стоит об этом говорить пацанам. В лучшем случае не поверят. В худшем на смех поднимут, придумают какую-нибудь потешную кличку, от которой до конца школы не отделаться. А он знал точно, чего испугался Стопкинпалыч. Ведь он увидел в глазах Старха стальную решительность, ту самую что позволила ему уничтожить стаю оборотней, ту самую что подняла руку на матерую. Он не собирался пугаться, сдаваться и отступать. Он готов был драться до конца. Стопкинпалыч увидел в его глазах кровь. Она испугала его. И она пугала самого Старха. Что случилось с тем добрым мальчишкой, гонявшим по окрестным деревенским лесам с Пиратом и Михеем, придумывая разнообразные шалости и игры. Он не был похож на самого себя. После той злой ночи, нападения стаи оборотней на деревню, он стал другим человеком. И это пугало больше всего.

– Так чего ты думаешь по поводу Стопкинпалыча? – переспросил Радим.

– Ничего не думаю, мало ли чего там с географом стряслось. Может он меня испугался? – сердито буркнул Старх.

– Точно. Как посмотрел на твою хмурую морду, так сразу и обделался, – прыснул смехом Дамир.

Через секунду хохотали уже все трое.

Они еще долго шли вперед по узкой улочке, разговаривая о том о сем, обсуждая Стопкинпалыча, как ему теперь туго придется, ведь один раз отступил, показал спину, теперь классы ему на шею сядут, авторитет долго придется восстанавливать. Вспоминали потешные истории о географе, ходившие по школе, и сами не заметили, как оказались на маленькой площади, окруженной каменными домами с высокими готическими башенками. Двухэтажный деревянный домик с застекленным балконом, крыльцом с перилами и резными балясинами, и поворачивающимся из стороны в сторону красным флюгером-петушком выглядел, как ни странно, совсем неприметно. Если не знать куда смотреть, то можно и мимо пройти. Только вот Дамир знал об этом домике.

– Мы пришли, – отчего-то прошептал он и показал на дом с красным флюгером. – Смотрите, он тут живет.

– Кто живет и почему ты шепотом? – громко спросил Радим. Ему никто не позаботился рассказать о Многоглазом Шляпнике, и он шел с мальчишками, потому что с ними было весело и интересно.

– Тсс! – зашипел Дамир. – Я тебе потом расскажу.

– А ты уверен, что Шляпник сейчас дома? – спросил Старх. Что-то ему не верилось, что в этом мирном уютном домике может жить кровавый колдун, приносящий людей в жертву силам тьмы.

– В это время он обычно спит. Он из дома только вечером выходит.

– А ты то откуда знаешь? Следил что ли? – спросил Старх.

– А может и следил, – обиделся Дамир на такое неверие. – Я летом думаешь чем занимался. У меня времени полно было. Вот как узнал об этом Шляпнике, так и решил его на чистую воду вывести.

– Мужики, вы о чем вообще говорите, – недоумевал Радим. Ему почему-то было очень неуютно на этой улочке, да и домик с кровавым флюгером не внушал доверия.