– Какая девчонка? Второй фрагмент. Модель показала еще местонахождение третьего, но думаю, его координаты вам не понадобятся.

– Почему?

– Он в трехстах семидесяти девяти километрах над Землей. Это уже околоземная орбита. Хотя могу продиктовать, если надо.

– Ладно, пока не надо. Спасибо!

Борис передал смартфон старику и бросился к Якову, который как раз закончил разговор по своему телефону.

– Слушай, можешь позвонить Макарову!

– Я только что говорил с ним.

– Перезвони.

– Думаю, это плохая идея. Генерал снял меня с проекта. Точнее он снял нас обоих, но меня направляют на новый, а тебя увольняют.

– Возможно, мы нашли ее.

Яков вздохнул, достал телефон, набрал номер, Борис выхватил телефон из рук.

– Яша, я же сказал… – Раздался голос Макарова в трубке, но тон быстро сменился, едва Виндман заговорил, – а это ты, больной.

– Нам нужна группа вскрытия на завод «Металлпресс». И скорее всего силовая поддержка, наверняка там будет охрана.

– Виндман…

– Слушайте, она там!

– Виндман… – Повторил Макаров, – запомни то, что я сейчас скажу, и всегда мысленно повторяй, вспоминая меня.

После этих слов Макаров послал Виндмана по известному русскому адресу и отключился.

Борис был возбужден – его снова гнала собачонка.

– Ты едешь? – Осведомился он у Якова, но тот покачал головой.

– Извини, машину мне тоже придется забрать.

Виндман махнул рукой.

– Я поеду. – Сказал старик, появившийся за спиной. – Мне нравится твоя одержимость.

И они поехали вдвоем на метро.

Борис помнил огромный завод «Металлпресс», потому что неоднократно проезжал мимо него. Сейчас он приехал по памяти к торговому мегамоллу, куда иногда заезжал с женой по пути к родителям. Вместе со стариком они прошли по запруженным тротуарам к подземному переходу, пересекли шоссе, затем трамвайные пути. Дальше располагались небольшие торговые ряды, за ними – закрытые раздвижные ворота, за которыми высился мертвый исполин – административное здание бывшего завода. Борис слышал, что его вроде собирались вскоре снести и построить на его месте жилой комплекс, но пока он темнел на московской карте внушительным мрачным пятном.

Поскольку Макаров отказал в силовой поддержке, цель Виндмана была простой – найти способ пробраться на завод незаметно и исследовать. Он опасался, что если зайдет «шумно», обнаружив свое намерение, то на такой большой территории от него будет несложно спрятать что-то важное. А чутье безошибочно подсказывало, ему, что что-то важное здесь было.

Борис осмотрел верхнюю кромку ворот, закрытую дверь КПП, повел взгляд вдоль высокого забора и в эту секунду кто-то хлопнул его по плечу.

Борис обернулся и увидел Якова, а за ним еще более удивительную картину – полковника Макарова в черной военной форме, отдающего какие-то указания спецназовцам, вылезающим из двух черных микроавтобусов.

– Что случилось? – Спросил Борис.

– Ты не поверишь. Кто-то позвонил в приемную ФСБ и сказал, что знает, где находится Дарья.

– Назвал это место?

– Связь быстро оборвалась, но удалось выяснить, откуда он звонил.

– Отсюда?

Яков кивнул.

Глава 64

На темном островке одного из самых широких перекрестков убежища «У-4» топталась троица и вела странный разговор. Странным он был потому, что еще пару минут назад они обсуждали способы четвертования захваченных в плен «бушменов», собственные сексуальные достижения, литые диски на колесах «бэушных» иномарок, правильное расположение строительного молота для наиболее разрушительного удара и прочие привычные дела, а теперь вдруг унеслись в космические дали. Свернуть с привычных для себя тем их вынудил начальник – не самый опытный и сильный среди них. Он был гораздо моложе, но при этом уже лысый, с почти гипертрофированно мелкой головой и женоподобными чертами лица.

– Говорю тебе, Габон, даже мер таких не существует в природе. – Говорил один здоровяк другому.

– Пи..дежь.

– Там по-другому считается. Вот представь, что в мире существуешь только ты и обезьяна.

– Почему обезьяна?

Мелкоголовый начальник, поглядывая то на одного, то на другого подчиненного усмехнулся и с коротким гоготом выдал «шутку»:

– Жинка твоя, Габонец!

Подчиненные засмеялись. Того, кто рассказывал про обезьяну звали за происхождение Рязанью – у него было простое крестьянское лицо и он захохотал простодушно, искренне. А второй, чернявый, с крючковатым носом на скуластом налитом лице, в котором растворилась природная хитрость, смеялся сдержаннее, будто прикладывал заметные усилия к тому, чтобы казаться глупее, чем есть на самом деле.

– Ты же хохол? – Уточнил мелкоголовый, кривя женоподобные черты.

– Не, я поляк наполовину. – Ответил чернявый, которого называли Габоном, и, как будто не желая заострять внимание на своей персоне, вернул разговор в прежнюю колею. – Ну и что обезьяна?

– Ну вот, Габоний, – сплюнул Рязань, – значит, забросили мартышку эту на какую-то бл..дь нах..й планету и ты должен ее найти. Ах да, ебтышь, ты еще значит представь, что вы оба бессмертные и кроме вас ни пи..ды никого нет во всей Вселенной.

– Них..я? Даже рыб?