Читаем Место под солнцем полностью

31 мая с аналогичным заявлением выступил президент Ирака Ареф: "Наша цель ясна – мы должны стереть Израиль с карты Ближнего Востока"/*2. Даже в далеком Алжире президент Бумедьен разъяснял своим подданным 4 июня: "Арабская борьба должна завершиться ликвидацией Израиля''/*3. А 5 июня, в первый день войны, радио Дамаска призывало: "Сбросьте их в море!''/*4.

За шесть дней до начала войны, 30 мая 1967 года, король Иордании Хусейн вылетел в Каир на церемонию подписания египетско-иорданского договора о взаимной обороне. На основании этого договора было создано совместное командование армий Египта, Сирии и Иордании (египетско-сирийский военный договор был заключен ранее, в ноябре 1966 года). Петля блокады затягивалась вокруг Израиля/*5. К этому моменту Египет уже довел эскалацию кризиса до последнего предела – Тиранские проливы, контролирующие выход из Эйлатского залива в Красное море и Индийский океан, были закрыты для израильского судоходства. На Синайском полуострове была сосредоточена огромная египетская армия. Насер приказал наблюдателям ООН покинуть посты на Синае. Тем самым была создана ситуация военного противостояния Израиля и Египта.

Израиль обратился к Иордании с призывом не присоединяться к агрессивным антиизраильским действиям, однако в первый же день войны иорданская артиллерия начала обстрел израильской территории вдоль всей линии границы, в том числе – Иерусалима, Тель-Авива и международного аэропорта в Лоде. 7 нюня король Хусейн обратился к своим солдатам со следующим призывом:

"Убивайте евреев, где бы они ни оказались. Убивайте их своим оружием, своими руками, своими ногтями и зубами''/*6.

Поспешная решимость арабов была обусловлена двумя причинами. Во-первых, Советский Союз, желавший эскалации конфликта, предоставил арабским странам ложную информацию о сосредоточении израильских войск вдоль границы с Сирией. Во-вторых, арабские страны явно переоценивали свои силы. Оправившись от предыдущих поражений и скопив огромные арсеналы оружия, арабы полагали, что теперь им удастся раз и навсегда покончить с Израилем одним стремительным ударом (соотношение сил было явно обнадеживающим для арабской коалиции: артиллерия – 5:1; авиация – 2,4:1; танки – 2,3:1)/*7.

Победа казалась арабам столь близкой и достижимой потому, что стоявшая перед ними стратегическая задача была крайне проста: им следовало только разрезать Израиль на две части в самом узком месте, в районе Нетании, где расстояние между иорданской границей и Средиземным морем составляло всего 16 км. В условиях скоординированного сирийско-египетского удара на севере и на юге даже самый посредственный иорданский генерал мог преодолеть это расстояние в течение нескольких часов. В действительности же Иордания располагала лучшими боевыми командирами в арабском мире, и король Хусейн не мог устоять перед искушением. Кроме того, Иордании была гарантирована стопроцентная стратегическая поддержка Ирака. Так же, как в 1948 году, треть иракской армии была направлена на иорданскую территорию, и 5 июня 1967 года иракские войска уже находились на боевых рубежах вблизи израильской границы.

Насер, разместивший в мае 1967 года 100-тысячный египетский контингент на Синайском полуострове, также был уверен в том, что его войска смогут легко прорваться в израильскую Приморскую долину – расстояние от северной границы сектора Газы до Тель-Авива составляет 65 км, а до Ашкелона – всего 7 км. На Голанских высотах сирийские войска пользовались абсолютным дислокационным преимуществом, что позволяло Сирии надеяться на стремительный прорыв в Галилею и к северной части израильского средиземноморского побережья.

Многие сегодня с пренебрежением относятся к оценке арабских генералов, согласно которой, при наличии благоприятных условий в начальный период войны, арабские армии могут одержать решающую победу над Израилем. Это пренебрежение совершенно неоправданно: никто из арабских полководцев, планировавших военные действия в мае-июне 1967 года, не мог предвидеть мощный превентивный израильский удар, который в первые же часы кампании определил исход Шестидневной воины. Дополнительную психологическую поддержку арабы черпали в развитии событий на международной арене. Израиль обращался к США, западноевропейским государствам и в ООН с отчаянными просьбами положить конец арабской блокаде – ответом на все эти просьбы было красноречивое молчание.