Читаем Месть Ронана. Амулет полностью

К тому времени, как Тусона вышла из кофейни, в голове у нее созрел определенный вывод, что независимо от того, какие конкретно заморочки имелись в виду, средний горожанин напрямую связывал их с университетской публикой. Было совершенно очевидно, что горожан это клятски раздражало. Кроме того, казалось в высшей степени вероятным, что если еще что-нибудь такое случится, разгневанная толпа примарширует к Университету и всем там капитально выдаст на орехи.

Прикидывая, что же тут такое могло происходить, Тусона в сопровождении Котика направилась по маршруту, который в итоге должен был привести ее к зданию Купеческой Гильдии, где она договорилась встретиться с остальными. Уже начинало темнеть, и городские факельщики вышли на улицы, таща за собой тележки со свежими уличными факелами и заменяя сгоревшие за предыдущую ночь новыми, только что зажженными. На улицах было полно народу, и Тусона заторопилась, решив, что слишком долго просидела в кофейне и теперь может опоздать.

Однако прошло всего лишь несколько минут, прежде чем они прибыли на просторную булыжную площадь и увидели там впечатляющее здание из красного камня, где и располагалась штаб-квартира Купеческой Гильдии. Флаги с гербами трех главных купеческих фамилий Гутенморга висели над массивной двустворчатой дверью, а по широкой лестнице, что вела к обрамленному колоннами фасаду, вверх-вниз прохаживались богато одетые члены Гильдии. Некоторые, впрочем, медлили на ступеньках, собираясь в небольшие группки и обмениваясь слухами. Четыре тяжеловооруженных всадника гарцевали у подножия лестницы, отваживая нищих, проституток, страховых агентов и прочее отребье от солидных бизнесменов, пока те важно курсировали по тротуару между безопасным укрытием здания и пышной роскошью их личных карет.

Тусона пристроилась неподалеку от подножия лестницы ближе к углу здания Гильдии, откуда ей было видно, что по всей площади происходит, и откинула капюшон своего плаща, чтобы друзья сразу ее узнали. Поначалу никто никакого внимания на нее не обращал, но довольно скоро у нее стало складываться ощущение, что за ней наблюдают. Тогда Тусона как бы невзначай огляделась и обнаружила, что один из задержавшихся на лестнице купцов вовсю на нее пялится. Несколько моложе своих сотоварищей, этот был особенно роскошно одет. Кроме того, на шее у него висела толстая золотая цепь, на пальцах красовались массивные золотые перстни, а рукоять меча была разукрашена серебром и самоцветами. С толстогубой, мясистой физиономии бизнесмена смотрели жестокие и холодные глаза. Их взгляды встретились, и мужчина ухмыльнулся. Тут Тусона вдруг поняла, что в этой одежде, с непокрытой головой, она выглядит вовсе не знаменитой воительницей, а молодой, привлекательной и, главное, совершенно свободной женщиной.

Золотоносный купец что-то шепнул своим приятелям, после чего те посмотрели в ее сторону и хрипло расхохотались. Затем Тусона с досадой поняла, что мужчина направляется в ее сторону. «Клят, — подумала она, — только этого не хватало. Если Ронан сейчас появится, он живо этого парня угрохает…»

Бизнесмен подошел к ней и отвесил глубокий поклон, который явно задумывался как эффектный, но Тусона лишь неловко поежилась. Тогда он протянул пухлую, тяжелую от золота ладонь, чтобы взять ее под руку, и его темные, гладко прилизанные волосы заблестели в свете ближайшего факела.

— Добрый вечер, миледи, — засочился любезностью купец. — Не окажете ли мне честь немного со мной прогуляться?

— Нет, спасибо, — ответила Тусона, аккуратно, но твердо освобождая свой локоть от жирной ладони, однако мужчина проигнорировал намек. Со скупой улыбкой на лоснящейся физиономии он придвинулся ближе, слегка к ней прижимаясь и источая приторный аромат дорогого масла для волос. Было в этом типе что-то до тошноты сальное, и Тусона почувствовала, что выдержка вот-вот ей изменит. Ее словно бы нефтью обволакивало.

— Возможно, я все же сумею добиться вашей благосклонности. Несомненно, вы можете провести со мной час-другой — если это будет того стоить.

Он снова ухватил ее за локоть, уже настойчивей, и Тусона вдруг сообразила, что он вовсе не собирается принимать ее отказ за ответ. Тогда она уже во второй раз гневно стряхнула его руку.

— Повторяю: нет, спасибо, — твердо произнесла она, но из смеси досады с интересом на физиономии бизнесмена тут же поняла, что одних слов будет недостаточно.

— Смею думать, вы это не всерьез, — продолжил купец и хотел было опять потянуться к ее локтю, но тут что-то крепко ухватило его за руку. Опустив взгляд, он понял, что низкорослый осел со злобными красными глазами аккуратно сцепил острые зубы на пальцах его правой руки.

— Ну ты, жертва маркетинга, — сквозь сжатые зубы процедило животное. — Кончай мою подругу доставать. И клятуй отсюда по-быстрому. А то я тебе сейчас не только пальцы, но и шары оттяпаю. Совсем, клят, половой жизни лишишься.

Купец в гневном изумлении уставился на Котика.

— Тебе что, уши клятами заложило? — осведомился осел, прежде чем мужчина успел заговорить, а потом чуть-чуть сжал челюсти.