Читаем Мертвый еврей полностью

- Пасс! - сказал товарищ.

- Вскрыть! - провозгласил служитель.

- Большой с четырьмя валетами! - объявил я за господина Перльмуттера.

- Черт побери! Вот везет, как утопленнику.

- Объявляю открытый! - продолжал я.

- Вот ведь счастье! - ворчал мой коллега. - Этот еврей сколотил себе состояние даже после своей смерти.

Мы играли одну игру за другой, и еврей все время выигрывал. Ни одной игры не потерял он.

- Господи Боже! - бормотал служитель. - Если бы он хоть наполовину так удачно стрелял сегодня утром. Хорошо еще, что нам не придется ничего платить ему.

- Не придется платить? - вскипел мой товарищ. - Ты не хочешь платить, бесстыдная блоха? Если этот бедняк мертв, так ты хочешь улизнуть от расплаты? Сию же минуту вынимай деньги и клади ему в карман! Сколько ему следует, фукс?

Я сделал подсчет, и каждый из нас сунул по серебряной монете в карман мертвецу. Мой взор случайно упал на конверт с моей фамилией: это было приглашение, полученное мною от одного знакомого семейства; меня звали на обед, устраиваемый в мою честь по случаю дня моего рождения. Я невольно вздохнул.

- Что с тобой? - спросил меня товарищ.

- Ах, ничего. Мне просто опять вспомнилось, что сегодня день моего рождения.

- Да, в самом деле? Я об этом совсем и забыл. Prosit, фуксик! Будь здоров! Поздравляю!

- И я тоже поздравляю, - промолвил служитель.

И вдруг из угла раздался заикающийся голос:

- И я т-тож-же П-поз-здравляю!..

Стаканы выпали у нас из рук. Что это было такое? Мы поглядели в угол: мертвец по-прежнему оцепенело висел в ремнях. Тело его качалось, но лицо было совершенно неподвижно. Длинная Виргиния все еще торчала между зубов. Тонкая черная полоска крови текла сбоку по его носу и бледным пепельно-серым губам. Лишь никелевое пенсне, забрызганное кровью (он его не потерял даже при падении), слегка дрожало на носу.

Мой товарищ первый опомнился.

- Что за дикость? - промолвил он. - Мне показалось, что... Давай другой стакан!

Я достал из корзины новый стакан и налил его.

- Prosit! - воскликнул он.

- P-p-rosit! - раздалось из угла.

Товарищ схватился рукою за лоб, а затем быстро выплеснул вино.

- Я пьян, - пробормотал он.

- Я тоже... - заикнулся я и забился покрепче в угол, по возможности подальше от ужасного соседа.

- Это ничего не значит! - громко сказал мой товарищ. - Мы будем продолжать игру. Факс, сдавайте!

- Я не могу больше играть, - простонал служитель.

- Трус! Чего вы боитесь? Боитесь проиграть еще раз?

- Пусть он возьмет все мои деньги, но только я больше не притронусь к картам!

- Шляпа! - воскликнул товарищ.

- Ш-ш-шляпа... - раздалось из угла.

Меня охватил невыразимый страх.

- Кучер! - закричал я. - Кучер! Стойте! Ради Бога, стойте!..

Но тот не слышал ничего и погонял лошадей сквозь доя и мглу.

Я видел, как мой товарищ закусил себе нижнюю губу, капли крови упали на подбородок. Он резко выпрямился и наполнил снова свой стакан.

- Я покажу вам, что корпорант "Норманнии" не знает какого страха. - И он обратился к мертвому, с трудом отчеканивая каждое слово: - Господин Зелиг Перльмуттер, я сегодня убедился, что вы в высшей степени благородный студент, решите мне выпить за ваше здоровье? - и он залпом выпи красное вино. - Так! А теперь, милый Перльмуттер, я очень прошу тебя не беспокоить нас. Правда, мы все совсем пьяны! но некоторая доля понимания у меня еще осталась, и я в точности знаю, что мертвый еврей уже не может говорить. Итак, заткни, пожалуйста, глотку!

Но Перльмуттер оскалил зубы и громко засмеялся:

- Ха-ха-ха...

- Молчи! - закричал товарищ. - Молчи ты, собака, или... Но Зелиг Перльмуттер не унимался:

- Ха-ха-ха...

- Пистолеты!.. Где пистолеты?.. - Мой товарищ вытащил из-под сиденья плоский ящик, открыл его и выхватил оружие. - Я застрелю тебя, падаль, если ты скажешь еще хоть слово! - воскликнул он в безумном бешенстве.

Но Зелиг Перльмуттер продолжал каркать:

- Ха-ха-ха-ха...

Тогда тот прицелился ему прямо в лицо и выстрелил. Трахнуло так, что казалось, вся наша карета рассыплется на куски.

Но сквозь пороховой дым еще раз зазвучал ужасный хохот Зелига Перльмуттера. И долго-долго хохотал он, как будто так-таки и не хотел совсем остановиться...

- Ха-ха-ха...

..Я видел, как мой товарищ со стоном упал вперед на колени мертвецу. Я слышал из другого угла жалобное визжанье служителя.

И целые столетия ехали мы все дальше и дальше в этих ужасных, дождливых сумерках...

...Как мы приехали в лечебницу - все это я припоминаю лишь словно в тумане. Я знаю, что у нас взяли мертвеца, а заодно с ним вытащили из кареты и моего товарища. Я слышал, как он кричал и рычал, я видел, как он бил окружающих и как у него на губах выступила пена. Я видел, как на него надели смирительную рубашку и увели в больницу. Он и теперь все еще там. Врачи определили у него острую паранойю, развившуюся на почве хронического алкоголизма.