Я как раз проверял один из аквалангов, когда из-за угла кирпичного сарая выкатил автомобиль и замер у причала. Это был блестящий "кадиллак", и в нем сидела девушка. Она вышла из машины и хлопнула дверцей, после чего подошла к воде походкой, в которой грация морского конька сочеталась с плавностью льющегося меда.

— Доброе утро, — пролепетала она. — Полагаю, вы мистер Маннинг? Я не ошиблась?

Я выпрямился.

— Верно, — промолвил я, теряясь в догадках, зачем я ей понадобился.

Она чарующе улыбнулась.

— Я бы хотела поговорить с вами. Можно мне подняться на борт вашего корабля?

Я взглянул на ее тоненькие высокие каблучки, затем посмотрел на решетчатые сходни и покачал головой.

— Пожалуй, я лучше сам сойду к вам.

Через минуту я стоял на причале рядом с нею. Девушка оказалась довольно высокой, не менее шести футов вместе с каблучками. Я сам ростом в шесть футов два дюйма, но с трудом мог взглянуть на ее макушку, покрытую пышной волной мягких золотистых волос.

На девушке была летняя рубашка-безрукавка цвета корицы, которая великолепно гармонировала с нежным загаром ее гладкой кожи, короткая юбка и легкие туфельки на высоком каблуке. У нее было округлое лицо скандинавского типа и огромные серые глаза. Лицо ее нельзя было назвать классически красивым, но на него было чертовски приятно смотреть. Я еще никогда не видел такой гладкой, бархатистой кожи и таких приятных пухленьких губок. В общем, это была дьявольски хорошенькая штучка.

Солнце порядочно припекало, стоял полный штиль, и я почувствовал неловкость от того, что так бесцеремонно уставился на нее. Я скромно отвел глаза в сторону.

— Чем могу служить? — вступил я в разговор.

— Позвольте мне сперва представиться. Меня зовут миссис Вэйн, вернее, миссис Шенион Вэйн. Я хотела бы поговорить с вами насчет работы.

— Что за работа?

— Необходимо разыскать ружье, свалившееся за борт лодки, оно утонуло.

— Где?

— В озере. В сотне миль отсюда к северу.

Я недоуменно пожал плечами:

— Работа обойдется вам дороже, чем оно стоит.

— Но вам же не надо будет тащить с собой водолазный костюм, помпу, компрессор и все эти причиндалы, — возразила она.

— Я полагаю, что у вас найдется какой-нибудь акваланг.

— Даже два. И один из них мой собственный. Но тем не менее вам все же будет дешевле купить новое ружье.

Она отрицательно покачала головой.

— Пожалуй, будет лучше, если я вам все объясню. Видите ли, это очень ценное ружье. Одностволка, с богатой гравировкой и медалями. Думаю, что оно стоит не меньше семисот долларов.

Я присвистнул.

— Как же такое ружье могло свалиться в озеро?

— Мой муж отправился пострелять уток, и оно случайно выскользнуло из чехла…

Я с минуту смотрел на нее. Что-то здесь было не так. Каким же дураком должен быть ее муж, чтобы утопить такое ценное семисотдолларовое ружье в озере! Даже если у него было достаточно денег, чтобы покупать такие ружья дюжинами, одностволка уж никак не годилась для стрельбы по уткам.

— Какой глубины озеро?

— Десять или двенадцать футов.

— Ладно, слушайте меня внимательно. Я подскажу вам, как вы сможете получить свое ружье обратно. Любой парнишка сможет выудить его вам за пятерку. Купите в ближайшем магазине пару защитных очков или маску для ныряния, поставьте свою лодку в том месте, где ружье выпало за борт и отправьте мальчишку поискать его. Дайте ему линек, чтобы он привязал ружье, когда найдет его.

— Все это не так просто, — возразила она. — Ружье утонуло примерно в трехстах метрах от берега, и мы не знаем, где точно.

— Почему? — удивился я.

— Ну… потому что это случилось на рассвете и было еще темно.

— И он не услыхал всплеска?

— Нет. По-моему, он говорил, что дул сильный ветер.

Во всем этом было очень мало смысла.

— Ладно, — согласился я. — Я найду вам ваше ружье. Когда приступать к работе?

— Прямо сейчас. Если, конечно, вы ничем другим не заняты.

— Нет. Сейчас мне абсолютно нечего делать.

Она улыбнулась:

— Вот и отлично! Мы поедем в моей машине, если она вам подходит. Ваше снаряжение поместится в багажнике?

— Безусловно, — заверил ее я.

ГЛАВА 3

Когда мы выехали за ворота порта, она достала пачку сигарет. Я прикурил одну для нее, другую для себя. Она отлично вела машину, хотя, по-моему, слишком долго кружила по всяким проулкам, прежде чем выехать на шоссе, и слишком часто поглядывала в зеркальце заднего вида. Впрочем, на это я мало обращал внимания. Я и сам так поступаю, когда веду машину. Никогда нельзя быть уверенным, что какому-нибудь идиоту не придет в голову вскарабкаться к тебе на задний бампер, точно педерасту.

Наконец мы выбрались на шоссе. Она поудобнее устроилась на сиденье и прибавила газу. Мы плавно неслись по дороге со скоростью 60 миль в час. Это была великолепная машина последней марки. От нечего делать я осмотрел и ее внутреннюю отделку. Ничего не скажешь — высший класс! Ножки у хозяйки были под стать машине. Я с трудом отвел от них глаза и перевел взгляд на летящую под колеса гладкую ленту шоссе.

— Вас зовут Билл Маннинг, верно? — уточнила она. — Случайно, не Уильям Стрейсен Маннинг?

Я мгновенно повернулся к ней.