— Вытолкнуть из тела… А я не потеряю так стихию? — взволнованно спросил я.

Мой наивный вопрос вызвал взрыв хохота.

— Ты руку сможешь себе оторвать, если будешь тянуть ее в сторону? — сквозь смех спросил Макото.

Я только скривился. Это вы в себе демона не таскали, который напрочь отрубает стихию земли. Так что были у меня основания для страха.

Потом начались долгие минуты тренировок. Честно, сливаться со стихией было гораздо легче, чем пытаться провернуть эту новинку. Я выталкивал, изгонял, что только не делал, но кончик глефы Макото легко протыкал мою кожу.

— Ау, — в который раз со злостью я оттолкнул наконечник его копья.

— Думай, Волк, — рыкнул Макото, — Мы объясняем, но каждый воин должен понять сам. Быть может, ты сможешь придумать что-то свое.

— Если бы еще знать, от чего отталкиваться…

— Не только у жуков крепкие панцири, — Макото потер подбородок, — Скорпионы тоже, как мне кажется, покрыты броней. Неужели они не могли уже что-то придумать? Вот это твое «каменное жало»… Думай.

И я снова, доверившись технике Скорпионов, стал исполнять друг за другом боевые связки. Крутясь в боевом танце, я смотрел на крутящиеся по телу вихри стихии, и пытался понять, что с ними делать.

Шаг влево, вправо, копье делает полный круг — и каменная пружина скручивается, напрягается тонкой спиралью в теле.

Я поймал пару раз взгляд Макото — к моему удовольствию, тот смотрел восхищенно, все-таки мог я чем-то удивить шестую ступень.

А если широкую спираль?

Эта мысль резанула внезапно, но тело словно поняло какую-то команду — и танец слегка изменился. Копье легло на локти, образуя во вращении окружающий меня щит. Вот я отразил несколько воображаемых ударов — и выпустил спираль земли наружу.

Она не моя, она не во мне — снаружи, окружает тело невидимыми потоками энергии. Я даже не чувствую ее…

— ХА!

Что-то толкнуло меня в грудь, больно кольнуло, когда я встал в победную стойку. Не сразу до меня дошло, что Макото воткнул мне в грудь свою глефу.

— Какого? — вырвалось у меня.

Но Лис улыбался, а потом я опустил взгляд. Длинный, как сабля, наконечник глефы упирался мне в ребра, но только выпустил каплю крови.

— «Пронзающий клюв» должен был тебя насквозь пробить.

Я выпрямился, отвел от груди лезвие. Теперь понятно. А я-то думал, что выучил искусство Скорпионов до максимума, а оно еще хранило в себе загадки.

— Крепкой шкура стала, для прыжка готов волчок, — Буру не удержался от комментария.

Впрочем, он вдруг показал нам наверх, и закончил свой стих:

— А теперь пора на скалы, духи леса ждут еще…

Глава 23. План

Путь наверх пролегал чуть в стороне от пещеры. Пламя остался внизу, щипать травку, а мы полезли к этим самым «духам леса».

Кряхтя, я карабкался вслед за Макото. Буру вообще непонятно как взлетел по склону, исчезнув за краем. Мы уже почти достигли вершины, как вдруг ладонь Лиса уперлась мне в плечо.

— Тихо…

Он выглядывал через край, и на всякий случай снял со спины копье. Мне пришлось, цепляясь за выступы и впадины, обойти его, и тоже вытянуться, чтобы посмотреть…

— Дерьмо нулячье! — зашептал я, перехватывая уже свое оружие.

Так бывает, когда возишься в старом сарае, и вдруг натыкаешься на крупное гнездо ос или шершней. Просыпается первобытный страх, и первая же мысль — надо бежать!

Так и тут. Перед нами простиралась равнина, поросшая мелкими кустиками и деревцами. Кое-где кустарники сбивались в плотные заросли, и между ними бежали сотни ручейков, разбегаясь в разные стороны. Один из них, слитый из нескольких потоков, бежал к краю над нашей пещерой.

И вот над всем этим ползали, летали, копошились сотни, если не тысячи, крупных… невообразимо крупных ос. В основном все были размером с большой кабачок, и когда они садились на деревца, и те заметно прогибались под их весом.

Но среди них летали и особо крупные, размером чуть ли не с человека. Они тяжело передвигались в окружении мелких собратьев, как звездные крейсеры в окружении истребителей, и зорко оглядывали равнину фасетчатыми глазами.

В уши бил невообразимый гул. Теперь-то стало ясно, что за шум я слышал.

— Да Буру вообще чокнулся, — вырвалось у Макото.

Далеко впереди виднелось огромное строение — разбитое на соты, наподобие пчелиных, оно напоминало завалившийся набок подсолнух. Это был улей-гнездо, только размером с пятиэтажку.

Тревога прочно поселилась в душе, и била набатом — прочь отсюда!

— А где Буру-то? — прошептал я.

— Я не вижу, — Макото покрутил головой.

— Зачем он привел нас сюда?

— Нашел что спросить, — проворчал Лис, — Как по мне, я бы даже не стал селиться рядом…

Мы вздрогнули — Рогач совсем неожиданно оказался рядом, повиснув на склоне. Как он это делает? Я вообще его не почуял.

— Королева стала старой, смерть заявит скоро право, — прошептал Буру, указывая на улей, — А принцессы еще нет, нужен духам лунный свет.

И Рогач ткнул пальцем на небо. Правда, сейчас был разгар дня, и луной даже не пахло. Я, взглянув на Макото, озвучил свои мысли:

— Их матка скоро умрет?

— Думаю, так…

— А нам что с того?

— Насколько я узнал Рогача, у него во всем есть смысл, — с усмешкой ответил Макото.