– Подожди… ты кого имеешь в виду? Неужели Знаменцева?

Доронин со скорбным видом кивнул.

– Вот бы не подумал никогда, – хмыкнул Грач. – Вроде у нас и компромата на него никогда не было. Хотя… – он кисло улыбнулся и поморщился, – после того, как генерала Ганинова осудили на двадцать лет, я уже ничему не удивляюсь. Ну, ладно, выкладывай подробности. Если убедишь, поддержим.

Совещание продлилось около пятнадцати минут, и к его концу за столом в кабинете Грача сидели, помимо хозяина и Доронина, два заместителя, командир группы спецназа и начальник отдела оперативно-технических мероприятий. Грач, ставя в известность о планируемой акции прокуратуру, разговаривал с Джунгаровым. Еще через пятнадцать минут из ворот Второго управления стали выезжать один за другим огромные черные внедорожники с густо затемненными окнами. Операция «Чистые руки» переросла в межведомственную силовую акцию «Закат».

«Закат»

Лучшим местом в ресторане «Эль Мар» считался столик возле огромного аквариума с омарами и крабами, а мягкий диванчик дополнял комфорт. За этим аквариумом и расположились шестеро мужчин; один приставленный к торцу стола стул оставался свободным.

Ресторан был полон, как это обычно бывает вечерами, когда солидные люди собираются поужинать и неспешно подвести итоги прошедшего дня. Гости за столом у аквариума вполголоса вели деловой разговор и практически ничем не отличались от остальных посетителей, но пытливый наблюдатель мог без труда отметить их странный вид и движения.

У троих топорщились пиджаки в районе левой подмышки, а у одного на пояснице под пиджаком угадывался какой то прямоугольный предмет. Ну а главное, под столом стояли два чемоданчика, и во время разговора они постепенно перекочевывали с одной половины стола на другую.

Видимо о чем-то договорившись, мужчины заказали бутылку красного вина «Петрюс» 1989 года, тут же без помощи официанта разлили напиток и выпили. В этот момент за стол на свободный стул присел седьмой товарищ. Он что-то спокойно, но очень настойчиво стал втолковывать молчаливо сидящим товарищам, которые в ответ не кивали, не отвечали, а лишь пристально смотрели то на него, то на сидящих за соседними столиками гостей. Наконец все дружно встали и двинулись к выходу. При этом никто не позаботился о чемоданчиках, и официант, не успевший рассчитать гостей, подхватил забытые вещички и бросился к выходу.

Компания в этот момент уже выходила на улицу, где их ждали вышедшие навстречу из трех черных иномарок и очень похожие на них мужчины в черных и серых костюмах. Внешне все выглядело солидно и пристойно – ну, за исключением официанта, бегущего с чемоданчиками и счетом за ужин. И лишь когда почти все уселись в машины, улица вдруг наполнилась движением и гулом. Выезды заблокировали огромные черные джипы с зеркальными окнами, а со всех сторон к иномаркам побежали люди в черных масках и с оружием наперевес. Суровый голос, усиленный мегафоном, сотряс улицу:

– Внимание! Проводится спецоперация по захвату особо опасных преступников! Всем оставаться на местах! Не двигаться! Оружие медленно опустить перед собой на землю! Поднять руки! Любое лишнее движение расценивается как вооруженное сопротивление! Открываю огонь на поражение без предупреждения!

Люди в черных комбинезонах и масках по двое подбегали к уже севшим в автомобили мужчинам, вытаскивали их, заковывали в наручники руки и ноги и тут же перегружали в подъезжающие и мгновенно отъезжающие после загрузки джипы. Остальные цепью расположились вдоль улицы и ресторана, создав живой коридор. Через пять минут все было кончено – «погрузили» даже официанта. И только на тротуаре остался одиноко лежать так никем и не оплаченный счет.

Милицейская операция «Чистые руки» с треском провалилась.

Межведомственная операция «Закат» была с блеском завершена.

Разнос

Планерку в понедельник Лущенко начал с разносов – пусть и вполголоса, и в первую очередь досталось тем, кто все еще не понял, что половина городских бед ведет начало от Петра Владиленовича Козина. Понятно, что с планерки Игорь Петрович вернулся разозленным, но – работа есть работа – ему предстояло еще разгрести последствия испорченного Дня независимости России. Да, формально это было дело прокуратуры, но в таком деле оставаться не в курсе событий – себе дороже.

– Роберт, – позвонил он Сериканову, – что там по инциденту? Знаменцев тебе основные бумаги отправил? Ну, копии заявлений о побоях, экспертное заключение…

– А Знаменцева уже взяли, – жизнерадостно отрапортовал Сериканов. – Как только Доронин из Сочи вернулся, так и взяли…

– Как – взяли? – не понял мэр. – Куда? Он же нам еще отчет должен…

– Если не ошибаюсь, во внутреннюю тюрьму ФСБ, – щегольнул осведомленностью Роберт, – оборотнем Пал Палыч оказался, хоть и в полковничьих погонах.

Лущенко вытаращил глаза:

– Первый зам начальника ГУВД – и оборотень? Не крутовато они взяли?

– Нормально… – отмахнулся Роберт, – иначе городу от претензий по избиению педерастов не отвертеться.

– Но… – начал мэр и замер.