– Ты что, малец, обалдел?! – искренне удивился нахальству маленького торгаша полковник. – То тебе «кусать нетего», а то такие деньги требуешь. Вот сто рублей, больше не дам! Решай, а то светофор уже зеленый.

Пацан схватил протянутую сотню и сунул букет в окно. Три аккуратненькие кустовые розочки, связанные ленточкой. Знаменцев рассмеялся, проводил ушлого мальца веселым взглядом и поднес розы к лицу. От них шел слабый, едва заметный и все-таки щемящий запах лучших времен.

Гости

Роберт Шандорович встретил мэра и его супругу в аэропорту.

– Ну, что? – первым делом спросил мэр. – Хлеб есть?

– Хлеб есть, – усмехнулся первый зам, – толку нет. Все сметают. Но хуже всего, что бонзы партийные фишку просекли.

Лущенко поджал губы:

– Чего хотят?

– Митингов. Протестов. Пресс-релизов. Интервью. Скоро же выборы в Думу, самое время очки набирать.

– Сволочи… – не выдержала Алена. – Мы же договаривались не раскачивать лодку… нет, все им неймется!

– Ладно, – сосредоточился Лущенко, – с ними я поговорю. Что с хлебом делать?

– Я займусь, – отозвалась Алена. – Будет хлеб, гарантирую.

Лущенко покачал головой:

– Завтра День независимости. Если хлеба с утра не будет, мне конец.

– Если ты о Чиркове… – начала Алена и осеклась. Говорить о Чиркове при Роберте, да и вообще при подчиненных, не стоило.

Хотя и обрывать фразу на полуслове – тоже…

– Кстати, о Дне независимости, – сделал вид, что не оценил значения оговорки и последующей заминки Сериканов. – Игорь Петрович, к нам же на праздник делегаты прибывают – от Европарламента и европейских городов.

Мэр застонал. Хлебный кризис никак не отменял протокола праздника, а это был тот еще «геморрой».

– Что ж ты раньше не сказал? Кто там еще прибывает?

Роберт успокаивающе замотал головой:

– Да не волнуйтесь. Я вам докладывал еще месяц назад. Еще когда только приглашали.

– Это я и без тебя помню! – оборвал его мэр. – Ни склерозом, ни провалами памяти не страдаю. Что нового? Ты ведь об изменениях в протоколе?…

– О них, Игорь Петрович, – кивнул Роберт, – мы ведь кого приглашали?

– Кого-кого? Мэров и депутатов.

– Вот именно. А подтвердили приезд вовсе не мэры и депутаты.

– А кто же? – удивился Лущенко.

Роберт недовольно поморщился:

– Да их замы и помощники. Все какие-то третьи-четвертые лица. Даже не первые замы.

Игорь Петрович должен был отметить тот факт, что даже для Роберта – единственного первого зама мэра – пары соответствующего уровня среди гостей не находилось.

– Ах, вон оно что… – мэр задумался. – Ну, и как с ними быть?

– Как? – переспросил Сериканов и на мгновение погрузился в размышления.

– Ну же, Роберт, не тяни. Я же знаю, что ты уже все продумал!

Сериканов рассмеялся:

– Да, есть кое-какие протокольные соображения.

– Так, выкладывай.

– Значит, так… Поскольку все они третьего-четвертого сорта, но в то же время вроде как гости, то встречать их должен заместитель. Скажем, Кисляк или Усачева.

Мэр, не соглашаясь, замотал головой:

– Ой, ну слушай, Галину давай не будем вмешивать! Ей и так не просто образованием заниматься. А Кисляк вроде как в отпуск отпросился… – Он задумался. – Слушай, Роберт Шандорович, а может быть, ты?

Сериканов сделал негодующе-удивленное лицо.

– Нет, нет, – замахал руками мэр, – я понимаю, что они и впрямь третьего-четвертого сорта ребята. Но, может, в виде исключения? Ну, сделай одолжение для города.

Сериканов, изображая внутреннюю борьбу, нахмурился, а Лущенко, изображая свою глубокую зависимость от такого замечательного зама, молитвенно сложил руки:

– Не для себя прошу, для города!

– Ох, – вздохнул Сериканов, – чего только не сделаешь для вас, Игорь Петрович! Посвящу наступающий уик-энд коллегам евробуржуям. То есть евродемократам.

– Вот это другое дело! – обрадовался мэр, и Сериканов тут же погасил его радость последним вопросом.

– Игорь Петрович, там еще есть бизнесмены. Хорошо бы для веса и с нашей стороны кого-то адекватного.

Лущенко задумался.

– А кого я тебе дам? Алене сейчас не до того будет… ей хлебом надо заниматься.

Сериканов ждал.

– Кого же? Кого же? Слушай… а что, если… – мэр задумался, – а они хоть по-русски говорят?

– Практически нет, – мотнул головой Сериканов, – придется переводчиков брать. Там такое разнообразие… голландцы, норвежцы, французы.

Лущенко опустил голову и тут же повернулся к Алене:

– Позвони-ка шурину моему ненаглядному. Пусть поработает…

– Только не Васька! – вскинулась Сабурова.

– Да не бойся ты, – отмахнулся Лущенко, – если что и ляпнет, переводчики подкорректируют. Вон Роберт с ними специально инструктаж проведет.

Он повернулся к Сериканову:

– Проведешь?

Роберт кивнул. Игорь Петрович завел себя в подготовленную для него двусмысленную ситуацию ровно так, как надо, а главное, сам.

Пощечина