Однако он умышленно избегал встреч с ним в процессах, где не удавалось договориться с судом, позиция была слишком хлипкой. Он был не готов публично сразиться со своим коллегой, однокашником, товарищем по цеху и профессии. Почти пятнадцать лет бок о бок они шли к этому «процессу века». И вот настал момент истины.

Представитель единственного по закону наследника второй очереди, за неимением первой, Василия Игоревича Сабурова, адвокат Анатолий Кротов заканчивал свое выступление. Он уже изложил свою версию происхождения богатства Алены Сабуровой и перешел к разгрому позиции Лущенко и Павлова.

– Что касается тщетных и не вполне умелых попыток моего коллеги Павлова представить здесь Игоря Петровича Лущенко владельцем имущества, капиталов, да еще и му-у-у-же-е-ем, – он нарочно протянул это слово, – я отвечу ему и всем вам, и отвечу словами самого Игоря Петровича Лущенко!

Кротов развернул бумажку и, приняв скорбную позу, зачитал:

– «Я пришел во власть как равный среди равных. Я человек из народа, я и есть народ. Я работаю ради людей. Пусть люди богатеют и живут в достатке, а мне ничего не нужно. Я привык довольствоваться малым. Все, что у меня есть, – это свобода и стремление быть полезным людям!» – Он свернул бумажку, потер переносицу, посмотрел на Павлова, на судью, на притихших и что-то яростно писавших в блокнотах журналистов и снова на судью. – В интервью журналу «Форбс» бывший мэр города Лущенко еще более откровенно сообщил о своем финансовом положении…

Он сунул руку в портфель, и его действия фиксировались тридцатью двумя телекамерами и почти двумя сотнями глаз журналистов. Он выудил наконец разложенный на нужной странице журнал и потряс им в воздухе:

– Итак, господа, вот что сказал Лущенко в своем интервью для журнала «Форбс», в небезызвестной статье «В моем городе мне гарантирована защита». Цитирую: «К капиталам моей жены Алены Сабуровой я не имею никакого отношения! Она гениальный предприниматель и сама заработала все эти средства. Для меня же она была, есть и навсегда останется самой любимой женщиной». Ну, последнее можно и опустить.

Де-факто

Павлов тут же поднял руку:

– Ваша честь, отчего же «опустить»? Все сказанное должно быть занесено в протокол. Я возражаю! Отношения фактических супругов Лущенко и Сабуровой и есть предмет нашего процесса сегодня!

– Возражение принято, – согласилась судья с мнением Павлова. – Секретарь, ведите протокол полностью. Без купюр и пропусков. А вам, адвокат истца, делаю замечание: не следует указывать секретарю, что делать.

– Я все понял! – кивнул Толя и вернулся к сути речи. – То есть сам Лущенко признавал, что Сабурова деньги заработала без него! Сама! Так что и делить-то не-че-го! Не-че-го!

Он оглядел журналистов, бросил журнал на стол и повернулся к судье:

– Ваша честь! Мы настаиваем на том, что единственным наследником Алены Сабуровой является ее родной брат Василий Игоревич Сабуров. Ее так называемый муж, бывший мэр Лущенко, осужденный недавно за совершение должностного преступления, снятый с должности, не состоявший с ней в браке ни одного дня, не может не только наследовать, но даже пользоваться хоть каким-то имуществом погибшей Алены Игоревны! Просим признать право на все наследство, в чем бы оно ни заключалось, открывшееся ко дню смерти Алены Игоревны Сабуровой, за единственным наследником – Василием Игоревичем Сабуровым. А все незаконно удерживаемое имущество изъять у Лущенко и передать законному наследнику.

По залу прокатился гул. Судья взялась за молоток:

– Тишина в зале! Иначе я попрошу приставов очистить зал!

Три молчаливых пристава, из тех, что чуть ранее дежурили в процессе по обвинению Лущенко и были уже знакомы Павлову, встали со своих мест в первом ряду и приготовились исполнять приказ. Зал затих.

Павлов посмотрел на часы. Было уже половина двенадцатого. Через полчаса – перерыв на обед. А от Маши и Вани вестей пока не было. Нужно было что-то решать. Причем срочно. Павлов встал:

– Ваша честь! Могу ли я ознакомиться с переданным вам документом? У меня есть основания считать, что, поскольку не все зачитывалось моим коллегой при выступлении, в нем могут быть моменты и сведения, неизвестные стороне ответчика, но важные для правильного разрешения дела. Пользуясь своим правом, я прошу суд предоставить мне копию и время для ознакомления.

Судья посмотрела на часы: двадцать семь минут до обеда. Пожалуй, можно разрешить. А после обеда продолжим, и до вечера, глядишь, будет решение.

Она подняла голову:

– Представитель истца, ваше мнение по ходатайству адвоката?

Кротов, демонстрируя свое благородство, склонил голову. Копию бумаги не дал, а время ознакомиться – пожалуйста!

– Я не возражаю. Пусть знакомится.

– Адвокат ответчика, – распорядилась судья, – подойдите и получите копию у секретаря для ознакомления. Адвокат истца, нужно документы предоставлять с копиями по числу участников! Напоминаю вам!