Читаем Меня больше нет полностью

– Ладно, – я и не собиралась возражать, раз уж сама всё ему рассказала.

На оставшейся неделе я испытывала свою наблюдательность. Зная, что за мной точно следит хотя бы одна машина, попыталась её вычислить. Но опять потерпела поражение. Ведь приходилось вести себя как обычно, чтобы не спугнуть настоящих преследователей, если они всё-таки были. В результате после нескольких дней у меня осталось лишь не проходящее ощущение, что кто-то смотрит в спину, и пара машин на подозрении.

– Ну что, – сказал Глеб в один из вечеров, придя домой пораньше, – час назад выслушал отчёт парня, который за тобой катался. Утверждает, что всё чисто.

– А какая у него машина? – не удержалась я.

– Ниссан, тёмно-синий.

– Всё-таки ниссан, – мне не удалось скрыть досаду. – А я его почти сбросила со счетов!

– Дурочка, чего ты огорчаешься? Хорошо, что он никого не засёк. Может, оставить слежку ещё на неделю?

– Думаю, не стоит. Или я ошиблась, или просто их спугнула. Когда поймала себя на неприятных ощущениях, сделала пару проверочных трюков. Сейчас понимаю, не стоило. Они могли догадаться.

Глеб пересел ко мне на диван, обнял и потёрся щекой о мои волосы. Потом наклонился к уху и прошептал:

– Завязывай со своими трюками. Хватит уже! Береги себя, слышишь?

– Угу, – промычала я, наслаждаясь его теплом и прикосновениями. А он потянул меня к себе и попытался освободить от мешающих ему предметов одежды. Я успела соскучиться и полностью разделяла его намерение. Только считала, что мой гардероб не заслуживает такого уж осторожного с ним обращения. Глеб всё медлил, дразня меня неторопливыми ласками, и тогда пришлось ему помочь.

***

Я сидела в офисе Глеба и ждала, когда он освободится. Мы собирались вместе пройтись по магазинам и выбрать подарки моим племянникам на день рождения. Глеб сам захотел поучаствовать в этом, я не возражала и пообещала за ним заехать. Он предложил встретиться в другом месте, беспокоясь, что мне опять будет неуютно в его конторе. Я не стала говорить, что ощущение тревоги и опасности теперь постоянно со мной, независимо от того, где я нахожусь. Наоборот, было даже интересно, усилится ли оно там, откуда началось? И сейчас я прислушивалась к себе, но никаких изменений не наблюдала – моё напряжение не стало сильней и не уменьшилось.

Я вздохнула и постаралась отвлечься, разглядывая в открытую дверь секретаршу Глеба. Вспомнила, что когда-то она работала у Дмитрия, и с удвоенным интересом изучала её. С первого взгляда девушка производила приятное впечатление, казалась спокойной и неконфликтной. Но чем дольше я её рассматривала, тем больше сомневалась в своих выводах. Было в её взгляде что-то такое, что позволяло предположить твёрдый характер и умение добиваться поставленных целей. Возможно, поэтому она не смогла ужиться с новым шефом, а с Дмитрием, который, судя по рассказу бывшей домработницы, был спокойным человеком, ладила.

Мне захотелось пообщаться с девушкой, узнать из первых уст о последних неделях жизни её начальника. Только станет ли она со мной откровенничать? Можно попробовать, Глеб всё равно занят. Пока я раздумывала, как начать разговор, она нажала кнопку на телефоне, стоящем на столе, и спросила у Глеба, можно ли ей отлучиться перекусить. Не было слышно, что он ответил, но, судя по всему, не возражал. Девушка встала, захватила сумочку и направилась к лифтам, я как под гипнозом пошла за ней.

Хорошо, что она не стала уходить далеко, просто спустилась на первый этаж и зашла в кафе. Мне повезло, что помещение оказалось полупустым. Заняв соседний столик, я заказала кофе. А когда его принесли, взяла чашку, подошла к девушке и попросила разрешения сесть рядом. Она сразу напряглась, но не возражала.

Я устроилась напротив, не стала тянуть и перешла к делу.

– Даша, я хотела задать вам несколько вопросов о том времени, когда вы работали у Дмитрия Павловича. Вы, наверное, знаете, что Глеб ведёт своё расследование гибели вашего бывшего босса. И даже нанял новых детективов, чтобы ускорить процесс. У нас появилось несколько дополнительных версий. Надо проверить их, и здесь нужна ваша помощь.

– Я давно уже всё, что знала, рассказала Глебу Николаевичу и полиции. А что это за новые версии? – спросила она нервно.

– Об этом пока рано. Скажите, пожалуйста, вы говорили, что Дмитрий Павлович в последнее время был очень странным. В чём это конкретно выражалось?

Девушка задумчиво смотрела на меня, словно решала – ответить или уйти. Но всё же заговорила.

– Он стал рассеянным. Забывал про назначенные встречи и нужные звонки. Всё время думал о чём-то. Как ни зайду в кабинет – смотрит в стену или в окно. Я даже заметила, что у него руки дрожат. И курил он много, гораздо больше, чем обычно.

– Даша, вы работали с ним достаточно долго. Скажите, вам не показалось, что он оправился после смерти жены и вступил в новые отношения?

Она выпрямилась, глаза сверкнули, губы крепко сжались. Но через пару секунд успокоилась.