Читаем Мемуары Омеги полностью

На этом месте мне надоело прикалываться и я повесил трубку, одновременно мне вспомнился старый анекдот:


"Пьяный диктор в эфире:


- Р-р-рак м-матки... П-п-рростите - М-марк Фрадкин!

- П-пром-межность... П-п-рростите - "Н-нежность!"


Прошло года полтора, за это время я поменял квартиру и начал заносить телефоны и характеристики звонивших баб в каталоги с удобным быстрым поиском, поскольку, при постоянных знакомствах по газетам, возникло немалое число "постоянных клиентов" - регулярно названивающих теток, телефонных хулиганок с какими-либо особо тяжелыми патологиями. Эта же самая говносамка позвонила мне снова, уже на совершенно новый номер телефона. Узнал и вспомнил ее я практически сразу по тому-же самому, слово в слово, "гнилому базару". На этот раз развлекаться у меня не было то ли времени, то ли настроения, и я бросил трубку в момент идентификации врага, поставив ее номер и данные в черный список, отбой и каталог. После этого она звонила мне еще один или два раза с интервалом, как я сказал - в год-полтора, потом пропала окончательно. Наверное, умерла. Возможно - от "Марка Фрадкина".

А вообще, аналогичных идиоток-"принцеждалок", которые которые довели свое здоровье уже до настолько серьезных проблем по части гинекологии, что даже врачи открытым текстом рекомендовали им срочно "завести мужчину", мне в сумме перезвонило несколько десятков. Недолгое общение каждый раз складывалось по описанному выше шаблону, посему ничего нового не добавлю.


Чисто поржать...


Данный случай не совсем типичен, поскольку совершенно ерканутую бабу я в этот раз трахнул, да и мораль вывести здесь если какую и можно, то только ту, что нет предела бабьему идиотизму, а это и так понятно, и без конкретных примеров. Но, раз эпизод запомнился, отчего бы не поведать миру?...


Как и во всех вышеупомянутых ситуациях, баба позвонила на конкретное объявление о сексе. Как именно я в таких случаях строю общение, постоянные читатели уже знают. Первое впечатление от голоса было - быдло! Причем быдло совсем звездец простое, тупое, без зачатков интеллекта. Далее пошел диалог по накатанной схеме:


Я - Для чего знакомитесь?

Баба (Б) - для серьезных отношений!

Я - Вы мое объявление вообще видели?

Б - А Вы для чего?

Я - Для секса!


Далее баба выдала какую-то совершенно дикую ахинею, нечто вроде - " Ну вас, мужиков, нафиг, с вами потрахаешься, а потом делай аборты - кто платить будет?!..."

Короче, в данном случае я изменил своему правилу быть неизменно вежливым, и тетку послал, причем не просто на три стандартных буквы, а развернуто, адресно, подробно и далеко не одним словом. Я, если хочу - могу... Потом бросил трубку.

Тетка, тем не менее, немедленно начала мне названивать снова. Закономерно умозаключив, что, скорее всего, она жаждет мне адекватно ответить, я сбрасывал звонки или не брал трубку. Она, однако, продолжала непрерывно звонить на протяжении более чем получаса. Мысленно попинав себя за нарушение правила никогда никому не хамить по телефону, я решил включить автоответчик и дать ей, наконец, высказаться, дабы она от меня отвязалась.


Тетка, однако, к моему величайшему удивлению, не стала меня обкладывать, а вполне мирно сообщила, что она готова заняться со мной сексом, если я ей дам собственноручно вымыть меня в душе, на предмет позволить ей лично убедиться в моей пригодности к допуску к ее божественной тушке. Я подумал - и согласился. Далее я поднял трубку и мы "забили стрелку".


В реале бабенция являла собой персонаж, выделявшийся даже на фоне обширнейшего "зоопарка" в виде стандартного газетного "контингента". У нее были очень плохие, хронически не леченные зубы - типичный признак психически больного человека. Кроме того, она пришла в старинном спортивном синем с белыми полосками костюме (надеюсь, читатели за 40 поймут - о чем я?!), в трениках которого резинка, на половине своей окружности, была наружу.


В остальном "барышня" очевидных недостатков не имела, (при закрытом рте) она была вполне миловидна, с хорошей кожей (тетке было не более 30 лет), и ядреной фигурой. Кроме того, баба была, хоть и явно еркнутая, но совершенно безобидная, дружелюбная и мирная. Я опять немного подумал, щелкнул будущую возлюбленную резинкою по пузу и решил вопрос в пользу "быть"!


По прибытии на "хату" выяснилось, что тетка обладает еще и стоячим бюстом, номером, наверное, даже пятым(блин, баб с большой красивой грудью у меня было много, но ничего подобного я ни до, ни после не видел!...), и, в сумме с тем, что ни о каком смущении или стеснении в данном случае вообще речи не было, во мне включился такой спермотозавр, и началось ТАКОЕ, что, если бы все дальнейшее "действо" заснять и продать на запад - я бы однозначно озолотился!...


Перейти на страницу:

Похожие книги

1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой-Милославский , Николай Дмитриевич Толстой

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное