Читаем Мелодия во мне полностью

Питер чувствует, как его уши запылали. Эта женщина откровенно насмехается над ним! Впрочем, разве он не привык к ее постоянным насмешкам? Нелл с большой натяжкой можно назвать добрейшей и самой ласковой из жен. Она не из тех, кто станет нежно гладить его ноги по ночам или смотреть ему в рот, когда он что-то изрекает при свете дня. Она не прильнет к его плечу в ожидании, пока готовится ужин и жарится на плите картошка с рыбой. Или что-то еще. О нет! Эта женщина слеплена из другого теста. Она похожа на линейный флагман, возглавляющий кильватерную колонну судов. А он – всего лишь жалкое плавательное средство, которое плетется сзади в ее кильватере. И при этом она не снизойдет до того, чтобы оглянуться назад и посмотреть, как он там барахтается без ее помощи. Все еще держится на плаву или уже пошел ко дну? Но поначалу такая конфигурация семейных отношений его даже устраивала. Друзья откровенно завидовали. Надо же, какая понимающая жена попалась! Не возражает против ночных попоек с приятелями, не хватает его за штанину, чтобы удержать при себе, не умоляет о ребенке, терпеливо ждет, когда он сам созреет до отцовства. Словом, ему нравилось такое необременительное существование в браке. Ведь, по сути, ничего в его жизни не изменилось после того, как он произнес слова брачного обета, в сопоставлении с прежней холостяцкой жизнью. Однако где-то год тому назад, бреясь утром перед выходом на работу, Питер вдруг посмотрел на себя в зеркало и задался резонным вопросом: а что ты вообще делаешь в этом доме? Ведь на самом деле ты из тех мужчин, которым нравится осознавать, что они нужны своим женам. Но Нелл, судя по всему, не нужен никто. Так наметилась первая, едва заметная трещина в их отношениях. День ото дня их шутливые перепалки становились все менее и менее шутливыми, а сами шутки окрашивались все большей долей яда. Они уже не столько веселили, сколько задевали за живое. Вот так одно цеплялось за другое, пока на горизонте не появилась та самая Джинджер, его коллега по работе.

– Думай, что тебе угодно! И говори что хочешь! – отвечает Питер жене, твердо вознамерившись держаться намеченного курса. Но для этого надо на какое-то время забыть о Джинджер! Ох, уж эта Джинджер! Глупейшая и самая фатальная ошибка в его жизни. – Повторяю еще раз! Наша свадьба стала самым настоящим чудом.