Читаем Медвежье солнце полностью

– Сейчас я познакомлю вас с матушкой. И первые два танца за мной, ваше высочество, – говорил Люк, сопровождая принцессу к залу. – Затем мы встретим короля с супругой, я представлю вас Луциусу как свою невесту. После ухода его величества мы тоже можем удалиться.

– Отлично, – произнесла Ангелина. – Не хотелось бы оставаться дольше, чем требуется.

– Вы доставите мне удовольствие своим присутствием, – галантно ответил Люк. Она с усмешкой глянула на него.

– Не переигрывайте, Лукас.

– Ничуть, – Люк возвратил ей улыбку. – Вы красивы, а я ценю красивых женщин, Ангелина.

– Не боитесь, что я потеряю от вас голову и не захочу разрывать помолвку? – небрежно, но с явным предупреждением проговорила первая принцесса дома Рудлог.

– Только не вы, – серьезно сказал Люк. Впереди церемониймейстер уже распахивал дверь в зал, слышались легкая музыка, шум собравшихся. – Я слишком ничтожен для вас, ваше высочество.

– Вы слишком строги к себе, – ответила она без улыбки. И тут же расправила плечи, чуть приблизилась к спутнику – в глаза ударили свет огней и пышное разноцветье бала.

– Ее высочество Ангелина-Иоанна Рудлог, его светлость герцог Лукас Бенедикт Дармоншир! – объявил распорядитель.

Они остановились у входа, давая себя разглядеть. Люк с приличествующей случаю нежностью и гордостью склонился к Ангелине. Та безмятежно улыбалась.

– Вперед, ваше высочество, – сказал он ободряюще. – Сотни жадных глаз ждут, чтобы обсудить вас и растащить по косточкам.

Губы ее дрогнули, и она склонила голову с легким смущением. Эта женщина могла бы стать превосходным агентом – так она играла.

Блестящая пара сделала круг по залу, приветствуя гостей. Остановились перед графиней и графом Кембритч. Люк поклонился отцу, поцеловал руку матери.

– Моя невеста, – произнес он звучно – чтобы все слышали, – принцесса Ангелина Рудлог.

Ани ослепительно улыбнулась и присела перед его родителями в реверансе. Не должна была, но выказала так свое уважение. Лорд Кембритч-старший просто сиял.

– Вы прелестны, ваше высочество, – тепло произнесла леди Шарлотта. – Буду счастлива назвать вас своей дочерью.

– И я буду счастлива войти в вашу семью, – любезно ответила старшая Рудлог. – У вас достойный сын.

Кембритч-старший после этих слов посмотрел на Люка с такой признательностью, с какой не смотрел за все тридцать пять лет его жизни. И герцогу страшно захотелось сказать что-то ехидное, но от необдуманного поступка его спасла зазвучавшая музыка. Люк ввел невесту в круг, родители пошли за ними. Разочарованные гости – скандала не случилось, и все оказалось прилично до скуки – присоединялись к танцу.

Танцевала принцесса прекрасно и в руках его ощущалась совсем легкой, невесомой. Мужчины с нее глаз не сводили. Да и Люк любовался – не мог не любоваться.

Ангелина Рудлог была произведением искусства, и ее легко можно было представить в своей спальне, но того царапающего, темного, застилающего разум, что случалось рядом с Мариной, Люк не чувствовал. Удовольствие, но не жажда. Красота, но не желание обладать до стиснутых челюстей и повышения температуры.

Хотя она была бы прекрасным трофеем. Значимым. Если бы их знакомство случилось до Марины.

– Вы так задумчивы, Лукас, – с той же холодной усмешкой сказала Ани в перерыве между танцами. – У вас проблемы?

– Ну что вы, – ответил он, – я отдыхаю. О каких проблемах может идти речь рядом с вами?

Второй танец прошел не менее блестяще, чем первый. Но дальше их пути разошлись: Ангелина милостиво приняла приглашение Кембритча-старшего, затем кавалеры стали сменять один другого. Люк же потанцевал с матерью и дальше наконец-то приступил к задуманному.

– Леди Уэфри, позвольте пригласить вас.

Милая дама на два года старше его. Светло-рыжая, пухленькая. Его бывшая любовница. Хотя и любовницей-то не назовешь – один раз в королевском дворце разве считается?

– Герцог, – графиня с удовольствием вложила руку в протянутую ладонь. – Вы так изменились!

– А вот вы, – сказал Кембритч тихо и хрипло, – все так же прекрасны. – И, не дав партнерше опомниться, перевел тему: – Сочувствую в связи с гибелью вашего мужа, Джейн. Уэфри был неплохим парнем.

– Вы были знакомы? – с некоторым смущением спросила женщина.

– Конечно, – заверил ее Люк. – Очень переживал его гибель. К сожалению, не смог быть на похоронах, сами понимаете.

– Да, – произнесла она. – Жаль. Я вспоминала вас, Лукас.

– И я, – тихо сказал он. – И я. Возможно… я могу нанести вам визит, чтобы поговорить о вашем бедном супруге? Меня мучает совесть, что я не смог попрощаться с ним, так, может, вы расскажете о его последних днях?

Джейн Уэфри покраснела и бросила быстрый взгляд в сторону кружащейся в танце Ангелины Рудлог.

– Я ошиблась, – наконец проговорила она, – вы мало изменились. Заходите, буду… буду рада вас видеть.

– Я счастлив, – почти искренне поблагодарил ее Люк и словно ненароком скользнул ладонью по спине безутешной вдовы.